Войдя в главный зал замка, мы замерли на пороге, словно время остановилось. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом смерти. Наш взгляд сразу же притянулся к фигуре, лежащей в центре зала, на холодном каменном полу. Это был Ода. Его тело, лежало бездыханно, словно сломанная марионетка.
Горло его было перерезано по настоящему, рана не была затянута. Его кровь растеклась вокруг, окрашивая камни в багровые оттенки. Его одежда, некогда роскошная и подчеркивающая статус, теперь была пропитана кровью, превратившись в мокрый, липкий саван. Каждый слой ткани, каждый узор на ней был испещрен темными пятнами, словно сама смерть оставила на нем свою печать.
Джин удивленно посмотрел на лицо Оды. Обычно оно выражало лишь высокомерие и наглость, но теперь на нем застыла маска ужаса. Глаза, широко раскрытые, словно в последний миг он увидел нечто невообразимое, смотрели в пустоту. Рот был слегка приоткрыт, как будто он хотел что-то крикнуть, но не успел. Черты его лица, обычно такие резкие и надменные, теперь исказились в гримасе страха, оставляя ощущение, что даже в последний миг он не мог поверить в то, что с ним произошло.
Мы пошли бродить по замку, но Судзуки нигде не было.
Я медленно шел по длинному, узкому коридору замка. Свет факелов, закрепленных на стенах, дрожал, отбрасывая причудливые тени, которые словно танцевали вокруг меня. Джин шел рядом, его тяжелые шаги эхом отдавались в тишине. Его доспехи слегка позвякивали, а лицо, как всегда, было сосредоточено и непроницаемо.
— Смотри, Джин! — кивнул я на странную трещину в стене. Она была едва заметной, но что-то в ней привлекло мое внимание. Я остановился и прикоснулся к деревянной панели. Она слегка поддалась под моими пальцами. Деревянная панель с тихим скрипом отъехала в сторону, открывая узкий проход, ведущий вниз, в темноту.
Джин подошел ближе, его глаза сузились, изучая находку.
— Потайной ход, — произнес он, и в его голосе прозвучало что-то между уважением и настороженностью. — Интересно, куда он ведет.
Я взял один из факелов со стены и шагнул вперед. Лестница, ведущая вниз, была узкой и крутой, ступени скрипели под нашими ногами. Воздух стал еще холоднее, а запах сырости усилился. С каждым шагом темнота сгущалась, и только свет факела освещал наш путь.
— Осторожно, — предупредил Джин, следуя за мной. — Мы не знаем, что может ждать нас внизу.
Мы спустились в подвал, и перед нами открылось небольшое помещение, заполненное старыми сундуками, свитками и странными артефактами. Стены были покрыты паутиной, а пыль лежала толстым слоем на всем, что здесь находилось.
В тишине подвала я услышал слабый звук, похожий на шепот. Он доносился из дальнего угла, где тьма была особенно густой. Я поднял факел выше, пытаясь разглядеть, что там, но тени словно сопротивлялись, не желая раскрывать свои секреты.
— Что бы это ни было, — сказал Джин, положив руку на рукоять меча, — мы должны быть готовы ко всему.
Подойдя к источнику звука, мы увидели то, что ожидали увидеть меньше всего.
Это была глава Судзуки, закованная в тяжелые цепи и избитая до полусмерти.
— Помогите мне, — слабым голосом попросила она, ее губы при этом еле шевелились.
Джин вопросительно посмотрел на меня, я кивнул. Он разрубил цепи своей катаной, пронизанной его энергией. Обычным оружием освободить Судзуки не удалось бы.
Я помог ей встать, но она едва держалась на ногах. Поэтому я подхватил ее на руки и донес до стула. Потом порылся в рукавах и достал из кармана в рукаве паровую булочку. А вы думали я без еды хожу? Ха! Я учусь на своих ошибках. После того, как я начал встречаться с Аней из-за сосиски в тесте…
— Глава Саката! — серьезный голос Джина вырвал меня из воспоминания.
— А, да, держите. — я протянул булочку Судзуки. — Съешьте и объясните кто с вами так поступил.
— Мой дед.
— Ваш дед? — шокировано переспросил я.
— Я вам сейчас все объясню. Мой дед умер еще до моего рождения.
— Что-то я уже ничего не понимаю. — сказали хором я и Джин. А девушка продолжила.
— Он был жесток и очень амбициозен, но был убит Казамой-старшим. Тогда главой стал мой отец. Он был человеком с мягким характером. Его не интересовала война, ему были не нужны завоевания. Владения Судзуки были малы и не расширялись, но на всей нашей земле царил мир и покой. — Девушка продолжала свой рассказ мягким и нежным голосом.
К сожалению, мой отец умер от болезни прожив всего лишь 42 года. Тогда я стала навой главой. Это было три года назад. Я хотела править, как мой отец, так чтобы был мир и покой.
Однажды, из нашего фамильного склепа начали доносится странные звуки, там появилось невидимое сияние, но если приглядеться, было понятно, что оно синее, как энергия клана Судзуки.
Я спустилась в склеп и увидела там своего деда, живого. Как я уже говорила, он умер до моего рождения, но человек, которого я там увидела, выглядел так же как на портрете, который висит у нас в главном зале.
— Как же он воскрес? — поинтересовался я.