Предложение начальника станции было принято. Заводу поручили выполнить всю нужную работу, а команду [241] бойцов, умеющих обращаться с артиллерией, должен был подготовить районный военный комиссар.
Сказано – сделано. Через час – полтора пушки были уже на заводе, и в кабинете директора завершилось составление плана действий. На заводе оставалась небольшая группа конструкторов и технологов, которые по разным причинам не выехали в Киров. Это были настоящие мастера и энтузиасты своего дела, люди, обладавшие огромными знаниями и опытом. Вокруг этого ядра организовалось довольно сильное и удивительно универсальное конструкторское и технологическое бюро. Работники его не страшились никакой работы. Они не удивлялись заказу на подковные гвозди, изготовляли чертежи для ремонта танков, они и сконструировали бронепоезд – теперь уже за номером два.
Заводские конструкторы встретили с большим интересом задание по устройству артиллерийских платформ. Вместо мешков с песком они, естественно, предложили невысокие металлические борта и металлический настил пола платформы на усиленных балках, которых в обычном вагоне нет. Потребовалось сконструировать захваты в виде мощных клещей, которые должны скрепить платформу с рельсом, иначе платформа при стрельбе опрокинется. Была определена конструкция артиллерийских металлических ящиков, оборудованных гнездами для снарядов.
К утру, примерно через семь-восемь часов после рождения идеи, проект был готов, а в цехи спущены рабочие чертежи. Спустя два дня все было сделано, осмотрено, проверено.
По времени это происходило в момент затишья перед вторым этапом наступления фашистов на Москву – во второй половине ноября 1941 г. Завод имел время для того, чтобы улучшить конструкцию артиллерийских платформ, и, более того, появилась мысль соорудить настоящий бронепоезд, подобный бронепоезду номер один, который мы построили летом. Инициатива завода была одобрена местным комитетом обороны и горкомом партии.
Завод в короткое время завершил проектирование и начал строительство бронепоезда. Люди на заводе преобразились. Да и как же иначе: перед нами была поставлена важная задача и ее требовалось решить в наикратчайшее время.
Пришлось доставать дополнительное количество [242] платформ, переделывать их. Предстояло найти паровоз – отдали заводской, самый лучший. Его одели в броню. На платформах появились своеобразные башни, из которых смотрели внушительные жерла пушек. Между платформами провели телефонную связь. Захваты, скрепляющие платформы с рельсами, переделали: не нужно было выходить наружу, чтобы привести их в действие, предусмотрели управление ими из внутренних отсеков бронепоезда, что намного быстрее и безопаснее. Следует подчеркнуть, что в процессе переоборудования бронепоезд всегда оставался в боевой готовности к выходу на позицию.
Из Москвы на завод прибыли военные. Среди них были артиллеристы и специалисты по бронепоездам. Их появление никого не удивило, все ясно: очередные заказы. Военные заинтересовались самодельным бронепоездом и обещали помочь вооружением и укомплектовать команду.
– Бронепоезд в основном уже закончен, – сказал главный инженер завода.
– Вот и хорошо. Давайте его посмотрим, – ответили военные.
После осмотра специалисты пришли в восхищение. Они не ожидали, что такие мощные пушки можно столь удачно расположить на обычных платформах. Им также понравилось оригинальное устройство башен и захватов. Была отмечена добротность сварочных и монтажных работ.
Мы рассказали приезжим, что, хотя завод нашел броневую сталь (это были остатки от танкового производства), термическую обработку стали не производили, так как нет ни нагревательных печей, ни ванн для закалки и отпуска, ни, самое главное, времени.
Побывавшие у нас артиллеристы добились в Москве, чтобы заводу выделили зенитные крупнокалиберные пулеметы, танковые пулеметы с шаровыми опорами, новые, более совершенные телефоны и средства наблюдения. Наш самодельный бронепоезд превратился таким образом в узаконенную боевую единицу. В середине декабря на завод приехала военная команда. Бронепоезд был сдан с хорошей оценкой. Короткие проводы – и крепость на колесах ушла на фронт.
По внешнему виду второй бронепоезд, конечно, уступал первому, над которым трудился более сильный коллектив. Второй бронепоезд носил следы спешки, казался [243] угловатым, как бы нескладным. Однако на фронте он показал блестящие результаты. Сказались его огневая мощь и хорошо обученная команда. Нам рассказывали, что его экипажу было присвоено звание гвардейского. Почти все бойцы и командиры бронепоезда были награждены орденами и медалями. Кстати сказать, бронепоезд приходил на завод для ремонта и затем вновь отправился воевать.