Кузница Тьмы (ЛП) полностью

Но теперь ее одолевают более странные воспоминания. Комната в башне, мертвые мухи на каменной решетке оконного проема, на выгоревших стекляшках, словно в бешеной жажде бегства они забили себя до смерти, пытаясь коснуться недостижимого света. Не нужно было убирать с окна паутину, потому что пауки умело кормятся безрассудными мухами.

Не есть ли будущее лишь череда миров, в которых мы жаждем жить? Каждый недосягаем, но чистый свет и чудные виды разворачиваются без конца. И вправду ли бешеная жажда и отчаяние столь различны?

Казалось, они поднимались половину дня, но тропа впереди так и вилась вверх. Огонь пылал в мышцах ног, заставляя думать о торфяных пожарах - некое воспоминание детства о месте, где лес умер так давно, что сгнил на земле слой за слоем, и все пропитано водой цвета ржавчины. Она вспомнила груды шкур, вынимаемых из прудов, каменные грузила на перепутанных черных веревках. Вспомнила жесткие волосы внутри - день был холодным и воздух кишел мошкарой - сверкнули ножи, рассекая связки, и шкуры рассыпались...

Столь внезапно пришедшие воспоминания заставили Корию встать на месте.

Шкуры Джелеков.

Очевидно, От ощутил ее отсутствие, ибо повернулся и сошел вниз.

- Учитель, - сказала она, - расскажите о первых встречах Джелеков и моего народа.

Выражение лица Джагута наполнило ее тоской.

Когда он не стал отвечать, она продолжила тоном тусклым, но упрямым: - Я кое-что вспомнила, учитель. Мы ничего не понимали в Солтейкенах, верно? Огромные волки, которых мы убивали, оказались на деле народом. Мы убивали их. Охотились за ними, ведь наши души так жаждут охоты. - Ей захотелось сплюнуть при последнем слове, однако оно упало столь же безжизненно, как и все прочие. - Мы срезали шкуры с трупов и дубили в болотах.

От жестом велел ей идти, и они зашагали снова. - Происхождение Джелеков - загадка, заложница. Перетекая в двуногую форму, они имеют некое сходство с Бегущими-за-Псами с дальнего юга. Может, лица более звероподобны, но едва ли это должно удивлять - морозный мир севера суров к своим жителям.

- Бегущие-за-Псами общаются с ними?

- На юге ныне живут Жекки. Возможно, они общаются.

- Мы охотились на них. Забавы ради.

- Таково наследие самых разумных существ - время от времени наслаждаться резней, - ответил От. - Так мы играем в богов. Лжем самим себе, создав иллюзию всемогущества. Одна лишь мера есть для мудрости народа, и это умение удержать руку. Не сумей ограничить себя, и убийство выглянет из глаз, и все твои претензии на цивилизованность прозвучат пусто.

- Такое наследство есть и среди Джагутов?

- Настало время, Кория, когда Джагуты перестали шагать вперед.

Тут на нее напала легкая дрожь, словно он коснулся ее недавних раздумий, отлично всё понимая.

- И тогда перед нами предстал выбор, - продолжал От. - Продолжить путь вперед или развернуться, открыв благо возвращения по недавнему пути. Мы стояли на месте, споря сотни лет, и наконец, во взаимном и вполне заслуженном отвращении каждый выбрал путь по себе.

- Так окончилась ваша цивилизация.

- Ну, ее вообще почти не было. Да и мало у кого... Итак, ты нашла мрачное воспоминание и готова его мусолить? Пора принимать важное решение. Выплюнешь или проглотишь?

- Я уйду от цивилизации.

- Не сможешь, она внутри тебя.

- Но не внутри вас? - требовательно спросила она.

- Не глупи, Кория, - сказал он, и голос приплыл, тихий, как шелест ножа о точильный камень. - Ты видела мой набор оружия. Почти все аргументы железа - для споров цивилизации. Какие краски мы наложим на лица? Под каким именем явимся? Перед какими богами должны склониться? Тебе ли отвечать на эти вопросы за меня? Я взял секиру, чтобы защищать свою вольность - но знай: отзвуки этих чувств ты будешь слышать эпоха за эпохой.

Она фыркнула: - Воображаете, я проживу целые эпохи, учитель?

- Дитя, ты будешь жить вечно.

- Убеждение ребенка!

- И кошмар взрослого, - отбрил он.

- Хотели бы, чтобы я не взрослела? Или счастливы, воображая мои вечные кошмары?

- Выбор за тобой, Кория. Выплюнь или проглоти.

- Я вам не верю. Не буду я жить вечно. Никто не вечен, даже боги.

- И что ты знаешь о богах?

- Ничего. "Всё. Я стояла с ними у окна. Во тьме сундука глаза ничего не видят, но не знают об этом". Она могла бы перед уходом вынуть кукол. Посадить рядком у окна, между мертвых мух, и прижать плоские лица к грязным стеклам. Могла бы приказать им увидеть все, что можно увидеть.

Но, хотя она была некогда богиней, но не такой жестокой.

"Мы не мухи".

Однажды она пришла к окну, чтобы увидеть: мухи пропали. Солнечное тепло вернуло всех к жизни. Тот день стал самым страшным днем детства.

"Нужно было скормить их паукам. Если бы я не смела их жилища... В этом месте..." - Я многое начала вспоминать, - сказала она вслух.

От хмыкнул, не поворачивая головы и не сбавляя шага. - И это твои воспоминания?

- Думаю, да. Чьи же еще?

- Еще нужно понять, заложница. Но начало положено.