Потеряв возможность дышать, Обида начала дергаться, пытаясь исцарапать Злобе лицо, но Зависть подползла ближе и схватила ее руки, опуская вниз. Обида пиналась, но Злоба придвинулась и села на нее. Рука продолжала жать, и была она ужасающе сильной.
Злоба хохотала, сверкая глазами. — Я видела сон прошлой ночью, — шептала она. — Сон об убийстве. Это было чудесно.
Обида ощутила, как выпучиваются глаза, лицо стало невозможно горячим. Чернота сомкнулась вокруг, проглатывая всё.
Зависть услышала, как что-то лопнуло в шее Обиды, и оторвала руку Злобы. Голова младшей сестры моталась, словно желая показать отпечатки на горле — полосы пальцев, белые пятна от костяшек, полумесяцы от вонзившихся ногтей.
Обе они молчали, смотря на Обиду сверху вниз.
Потом Злоба вздохнула. — Не сработало. Не как с Аратаном. Не работает, Зависть.
— Я не слепая, — бросила ей Зависть. — Наверное, ты делала неправильно.
— Я делала, как ты сказала!
— Нет — душить была твоя идея, Злоба! Из снов!
— Ну, — прошептала та, — я сделала это два раза. Убила дважды, каждый раз одинаково. Задушила их до смерти.
— Вот что бывает, если слишком далеко зайти в мечтах. Я велела оставаться рядом с домом. Ты глядишь слишком многими глазами.
— Не просто гляжу, — ответила Злоба. — Я его заставила.
— Такова твоя сила, значит. Отец сказал, у нас есть силы. Сказал, назвал это аспектами.
— Знаю, что он сказал. Я там была.
— Ты заставляешь их радоваться злому. Я заставляю их желать. — Зависть посмотрела на труп Обиды. — Интересно, каков был ее аспект.
— Никогда не узнаем, — ответила Злоба. — Как и она.
— Ты ее убила, Злоба.
— Это была случайность. Эксперимент. Отец виноват, зачем нам сказал.
— Ты убила Обиду.
— Случайность.
— Злоба?
— Чего?
— На что это похоже?
Под основанием печи была ниша — оттуда кто-то вынул несколько камней, словно желая что-то спрятать, но так и оставив углубление пустым. Она как раз подходила под тело Обиды. Они надавили что есть сил, руками и ногами, сломали пару костей — и сумели вогнать труп в нишу. Вынутые камни, на которых Злоба и Зависть имели обыкновение сидеть, теперь легли перед печью, хотя бы частично замаскировав нишу.
— Хилит станет проблемой, — сказала Злоба. — Захочет узнать, куда подевалась Обида.
— Ну, тогда придется сделать то, о чем мы с тобой уже договорились.
— Сейчас же?
— Другого выбора нет. И не только Хилит, верно? Атран, и Хайдест, и Айвис.
Злоба судорожно вздохнула. — А заложница?
— Не знаю. Это проблема. Впрочем, мы можем остаться здесь. На недолгое время. Да посмотри, что отец сделал с Аратаном. Увез прочь. Мы-то знаем, он уже мог его убить, перерезать горло и выпить всю кровь. Потом вернется и с нами сделает то же. Особенно теперь.
— Нужно пойти в храм, Зависть. Поговорить с ним.
— Нет. Он сможет дотянуться. Ты знаешь, что сможет!
— Не он, — возразила Злоба. — Лишь то, что он оставил позади. Оно носит его доспехи. Оно ходит туда-сюда. Мы же слышали!
— Нельзя говорить с вещью.
— Откуда ты знаешь? Мы ни разу не пытались.
Глаза Зависти широко раскрылись. — Злоба, если мы его выпустим, может никогда не загнать назад. Дай подумать… Стой. Можешь дать ему сон?
— Чего?
— Если я заставлю его чего-нибудь захотеть, сможешь заставить его это полюбить?
Злоба охватила себя руками, словно вдруг продрогнув при всем жаре от печи. — Зависть. Мы говорим о силе отца. Отца!
— Но его тут нет.
— Он все равно узнает.
— И что? Ты сказала, нам придется сбежать при любом раскладе.
Злоба села прямее. Метнула сестре острый взгляд. — Ты говорила, сработает. Если она подойдет к порогу смерти, внутренняя сила поднимется и пробудит ее.
— Во мне пробудилась.
— И во мне. Вот, ты неправильно понимаешь.
— Может быть. А ты не выглядишь выросшей.
Злоба пожала плечами. — И не нужно. Может, вырасту, когда пожелаю. Кажется, всё у меня в руках. Знаешь, я могла бы перевернуть весь Куральд Галайн, если бы пожелала.
— Может, и придется. Чтобы замести следы.
— Папочка узнает.
— Помнишь, как Айвис убил охотничьего пса, который трахал всё подряд? Подошел сзади и полоснул по жилам на лапах, одним взмахом меча?
— В точности помню. Пес выл и выл, пока небо не потрескалось.
Зависть кивнула: — Отец меня не пугает. Нужно только дать народу повод, и он станет Айвисом.
— А отец станет псом? — фыркнула Злоба. — Едва ли. У него Мать Тьма. Не нужно трахать всё подряд на свете, когда она рядом.
— Ты не врубилась, сестрица. Ты недостаточно умна. Никогда не была.
— Можешь так думать, но знай: ты ничего обо мне не знаешь.
— Я знаю, что ты убийца.
— Ну скажи, Зависть, что тебе это отвратительно.
— Ты не врубаешься, но твои слова дали мне идею. Хотя нужно поразмыслить хорошенько. Но сначала разберемся с челядью в доме.
— Ночью?
Зависть кивнула. — Думаю, да.
Злоба понимающе улыбнулась: — Ты просто хочешь узнать, на что это похоже.
Зависть только пожала плечами.
Через миг они уже мчались по тайным проходам меж стен.
