Ветерок снова коснулся шеи, и она обернулась. Возникло чувство, что кто-то стоял прямо за спиной. Едва различимые очертания фигуры мелькнули за дверью. Слишком быстро, чтобы успеть узнать.
– Подождите! – крикнула Линья.
Она быстро пересекла комнату и вышла в коридор. Голый металл изгибался в обоих направлениях, но шелест ткани о сталь повернул её взгляд вправо. Ещё одно едва различимое движение. Линья направилась за фигурой, даже не зная, что именно преследовала или что ожидала найти.
Механикус не разыгрывали друг друга, а появление на борту незваного гостя казалось маловероятным. Любой корабль обнаружат за месяцы, прежде чем он достигнет их. И что незваный гость надеялся получить от тайной высадки?
Линья остановилась на перекрёстке, высматривая любой признак фигуры, которую видела раньше.
– Эй? – сказала она. – Здесь кто-нибудь есть?
Ответом стала тишина. Кватрия была большой станцией, но не настолько большой и сложной по внутреннему расположению, чтобы потерять кого-то. Она знала, что без присутствия отца должна чувствовать себя очень одинокой. Сервиторы и лексмеханики плохо подходили для дружеского общения, но, как ни странно, она совсем не чувствовала себя одинокой.
Было чувство, словно невидимые глаза следили за ней. Столь же навязчиво, столь же и скрыто наблюдая за ней, Линья не ощущала угрозы, только усталую грусть.
– Кто вы? – сказала она в темноту. – И как вы оказались на борту Кватрии?
Сводящая с ума тишина окружала её – и Линья сжала кулаки:
– Что вы сделали с моим отцом? Где Виталий? – потребовала она, неожиданно почувствовав прилив печали при упоминании имени отца.
Линья услышала тихие шаги за спиной и повернулась.
В центре коридора стоял магос в чёрной мантии, сложив руки перед собой, его лицо скрывали непроницаемые тени капюшона. Только мягкое мерцание серебряных глаз указывало на наличие аугметики.
Линья поняла, что испуганно пятится. Она не знала этого человека, но инстинктивно насторожилась.
< Здравствуйте, госпожа Тихон, > произнёс адепт, говоря на архаичном бинарном коде, который она в последний раз слышала в гробницах склепов Страданий Скиапарелли.
< Кто вы? > спросила она на том же самом коде. < И где мы? >
< Разве вы не узнаёте это место? >
< Я узнаю то, на что оно похоже. >
Адепт вздохнул:
< А мы так старались восстановить его по вашим воспоминаниям. >
< Оно очень похоже на Кватрию, > признала Линья, < но вы забыли про орбитальные обломки после космической войны. >
< Мы не увидели их в ваших воспоминаниях. >
< Они такая неотъемлемая часть Кватрии, что я и не думала о них, они просто… есть. >
< Слепота памяти. Да, это всё объясняет, > сказала фигура.
< Теперь скажите мне, кто вы. >
< Вы ещё не знаете? У нас были такие большие надежды на вас. >
< Ещё не знаю, > ответила Линья, хотя ужасное подозрение формировалось в её мыслях. < Скажите мне, почему я здесь и где это “здесь”. >
< А, тогда сейчас мы скажем вам, госпожа Тихон, > произнёс адепт. < Вы здесь, потому что вы исключительная, госпожа Тихон. Это место, где одинаково мыслящие люди встречаются в коллективной нейроматрице для дискуссий и обмена опытом. Вы не единственный исключительный разум здесь, госпожа Тихон, есть и другие. Мы обещаем, что вы внесёте большой вклад в наше постоянное развитие. >
< Таким образом, это – общее эмпирическое сознание? >
< Да, в некотором роде. >
< Ваше? >
< Можно и так сказать, > согласился адепт.
< Я не хочу здесь находиться,> сказала Линья. < Я хочу, чтобы вы освободили меня и позволили нейронным связям восстановиться в моём теле. >
< Боюсь, мы не можем сделать это, Линья, > ответил адепт.
< Почему не можете? >
< Видите ли, произошёл несчастный случай, > объяснил адепт. < Ваше тело серьёзно пострадало, и это был единственный способ сохранить ваш исключительный разум и не позволить ему исчезнуть навсегда. >
Линья услышала ложь в словах адепта, но также и правду. Она же была ранена, так? Тяжело ранена. Она почувствовала головокружение и протянула руку к стене, чтобы сохранить равновесие, когда ноги неожиданно отказались поддерживать её. Стена была тёплой наощупь. Это тепло превратилось в жгучий жар, и Линья одёрнула руку.
< Я обгорела, > произнесла она, чувствуя, как медленно воспоминания поднимаются на поверхность. Она загнала их глубже, ещё не готовая предстать перед такой болью.
< Как мы уже говорили, вы были тяжело ранены, > продолжил адепт. < Если вернуть вас в ваше тело, вы умрёте в мучениях за несколько секунд. Поверьте нам, это самый лучший выход. Здесь вы будете жить, увеличивая целое суммой изученного вами, вашим опытом и жаждой знаний. Разве это не лучше смерти? >
< Я хочу знать, где я, > произнесла Линья. < Чей это общий разум? >
Она почувствовала взгляд невидимых глаз, не желавших, чтобы она продолжала упорствовать. Линья проигнорировала их. Она никогда не уклонялась от свершившихся фактов или неудобных истин.
