– Похоже, монкеи перебьют друг друга за нас, – сказала она, убрав клинок в ножны. – Кровопролитие уже началось.
Бьеланна подтянулась к краю платформы, покачнувшись от волн столкновений прошлого и будущего. Ариганна оглянулась на неё и Бьеланна увидела, как все три воплощения экзарха сменились в быстрой последовательности. Вероятность смерти Ариганны стала сильна, как никогда.
Ведущий их всех на смерть путь повис на волоске от неизбежности.
Жизнь и смерть. Вращаются. Подвешенные на тонкой рвущейся нити.
– Нет, – произнесла Бьеланна, посмотрев на развернувшуюся внизу схватку и следуя по пути, на который она никогда и помыслить не могла ступить. – Теперь я вижу… Смерть Котова не является ответом… И никогда не являлась.
Стекловидный клинок просвистел над головой Робаута. Он пригнулся и выпустил мощный лазерный разряд в голову кристаллита. Жгучий жар выстрела расцвёл в черепе, испарив оживлявшие существо микроскопические машины. Оно замерло, застыв, словно ледяная скульптура, сумевшая наполовину перелезть через парапет платформы.
Другой поднялся рядом, заряды зелёной энергии вспыхивали на его зазубренных кулаках. Шквал свистящих лазерных лучей кадианцев разорвал его на куски и перебросил через перила. Робаут, пригнувшись, бросился в сторону, когда новые стремительные зелёные дротики убийственного света пронеслись над головой. Часть платформы исчезла во вспышке шипящего огня, когда разряд ударил рядом с ним.
– Иланна! – крикнул Робаут, увидев, что кристаллит приземлился на платформу позади техножреца “Ренарда”. В отличие от вольного торговца магос не была вооружена. Кристаллит выдвинул пару сверкающих изогнутых клинков, пылавших зелёным огнём. Иланна закричала и направила механодендриты в сторону существа, выпустив поток диссонирующего бинарного кода, от которого Робаут вздрогнул и почувствовал резкий прилив тошноты.
Туловище кристаллита взорвалось вихрем разбитого стекла.
Робаут едва ли не полз к Павельке, всё ещё чувствуя тошноту от последствий бинарной атаки:
– Как, во имя Императора, вы сделали это?
Выражение лица техножрицы всегда было сложно прочитать, но Робаут достаточно хорошо знал Павельку, чтобы увидеть сочетание стыда и ужаса:
– Одним старым и очень плохим кодом, который я должна была удалить давным-давно, – ответила Павелька. – Но вы знаете, как говорят, Механикус…
Прежде чем она успела закончить, учёных и слуг Котова изрешетили, несчастные так и не успели понять, что происходит. Сервочерепа Котова в панике бросились прочь, а сам архимагос укрылся позади застывших скитариев.
Выстрел задел плечо Иланны. К счастью металл, а не плоть.
– Эта платформа – ужасное место для обороны! – воскликнула она.
– У вас есть на примете что-то получше? – ответил Робаут.
Кристаллиты окружали их, спереди, сзади, сверху и снизу, и Робаут подозревал, что была всего лишь одна причина, почему они ещё живы. Он собрался с силами и, пригнувшись, побежал к кадианцам Вена Андерса, которые пробивались вдоль стены к выходу. Они оставляли за собой трупы, каждый ярд оплачивался жизнью кадианского гвардейца.
Робаут теперь понимал, почему Телок увёл их от входа – чтобы ещё сильнее затруднить возможность сбежать.
Чёрные Храмовники и скитарии по-прежнему не двигались. Силовая броня космических десантников покрылась пузырями и трещинами под повторяющимися попаданиями. Оставалось только вопросом времени, пока воинов не убьют.
– Сюркуф, – позвал Андерс, выпустив пару выстрелов по кристаллиту, спускавшемуся с верхнего уровня. Тот сорвался со стены, со звуком бьющегося стекла и исчез в охряном тумане внизу. – Вы живы.
– Нам нужно держаться ближе к Телоку! – крикнул Робаут, а тем временем ещё два выстрела попали рядом с ним в платформу. Андерс в ответ недоверчиво посмотрел на него:
– Что? – спросил он, вставляя и защёлкивая силовую ячейку в рукоять пистолета. – Вы с ума сошли?
– Единственная причина, почему эти кристаллические штуковины сразу не перестреляли нас, заключается в том, что Телок стоял слишком близко к нам, – ответил Робаут, нырнув, когда жгучие разряды зелёного огня замелькали возле его головы. – Мы должны держаться ближе.
Лицо Телока закрывал слегка колеблющийся слой прозрачного кристалла и всё же даже сквозь эту искажающую маску Робаут видел комплекс бога, который породили тысячи лет изоляции и независимости.
Посреди насилия Котов вышел из-за скитариев и поднял руки в иступлённой мольбе:
– Прекратите это безумие, Телок! – в отчаянии воскликнул он.
В ответ обшитые кристаллами дредноутоподобные конечности Телока протянулись вниз и оторвали золотые руки Котова от механического тела.
Архимагос Котов в ужасе отшатнулся, снова укрывшись за скитариями. Едкий инфоток хлынул из его искалеченных плеч. В воздухе повисла вонь горелых масел. Телок с грохотом направился к нему, впечатав одного из парализованных скитариев в стену. Искажённый смех Телока раздался из кристаллического шлема, когда он сбросил второго воина Механикус с платформы, а третьего сжёг в пепел.
