— Зато у нас приоритетная поимка по доп.лицензии Гаджитрона, — загрохотал смех наёмника, и Одиссей представил себе его ветвистые, украшенные кольцами рога. Сколько их, шесть? Или даже восемь? — Вы не платили гаджитам, а мы раскошелились, так что нам его и получать.
И это было отчасти правдой, ведь гаджиты крайне предприимчивый народ. Увидев, что на их десятимиллионный контракт среди наёмников возник ажиотажный спрос, они тут же внесли дополнение к лицензии: за солидную доплату каждый желающий мог купить у Гаджитрона приоритетное право вернуть им артефакт.
Одиссей почувствовал, как его сжали сразу три захвата: Аны, Трайбера и Фазиля, пытаясь удержать.
— Отпустите, — рассмеялся он. — Будет весело.
— Уверен? — Ана, как всегда, стремилась поступить разумно и безопасно.
— Совершенно, — кивнул детектив.
Ему хотелось размяться.
— Ну ладно. «Гар-Рэн», держите кого схватили.
Резкий рывок, Фокса и Мерцу унесло в разные стороны; звёзды, планета и кольцо замелькали, человек закрыл глаза и открыл их уже когда его втягивало в шлюз-переходник весьма симпатичного, хоть и потрёпанного корабля-фалькона. Обтекаемое тело и два изогнутых крыла, вытянутых вперёд, одна из самых красивых форм для странников космоса. Когда-то «Гар-Рэн» был золотистым с фиолетовым отливом, теперь стал скорее цвета облупленной латуни. Но всё равно производил серьёзное впечатление. Возможно, благодаря жерлам пушек под крыльями, а может, из-за кольца ракетных установок вокруг узкого корпуса.
— Мерца, также известный, как Атомный вор! — пробасил алеуд, похожий на шершавую серую башню. Он ждал Одиссея с термальной пушкой наперевес и занял аккурат весь проём шлюза, уже забитого пустыми контейнерами из-под употреблённых припасов.
Рогов оказалось всего четыре — когда-то алеуд дорос до восьми, но ныне вместо половины торчали короткие обрубки. Значит, капитан фалькона достиг немалых высот в Империи, но однажды опозорил свой род, обманул доверие одного из алеудских соргонов — и потерял половину гордости. Непростая судьба.
— Мы с командой приветствуем тебя на борту, Мерца, — исполнив формальную обязанность капитана, сказал он. — Хотя быть пассажиром тебе недолго, ха-ха, скоро перейдёшь в статус груза. Зато лететь спокойнее, ничто не потревожит.
Алеудская честь и гордость, жертву нужно обязательно предупредить о её незавидной участи. Иначе позорно.
— Вы с командой перепутали, я частный детектив Одиссей Фокс, — вежливо сказал пассажир. — А Мерца в плену у моих товарищей, которые задержали его и в данный момент грузят на наш корабль.
— Что? — поразился алеуд, разом потеряв вальяжность. — У тебя в руках артефакт! Вот мы тебя и цепанули.
— Конечно, — согласился Фокс, рассматривая удивительную раковину-спираль в прозрачном футляре. Ребристые вогнутые сегменты раковины чередовались с выпуклыми и создавали завораживающий эффект «глубины в разные стороны».
— Значит, ты и есть вор, — настойчиво грохнул алеуд. — И тэг у тебя спрятан, мошенник. Не пытайся меня обмануть!
— Тэг у меня в кармане. Как и награда за это дело, пока фигурально.
Детектив сверкнул кристаллом и открыл алеуду свой профиль, подкреплённый сигнатурой Великой сети, которую невозможно подделать.
— «Одиссей Фокс»? — почти брезгливо переспросил алеуд. — Первый раз слышу. Хррм, какой-какой рейтинг? Такого рейтинга не бывает!
— Бывает у лучших сыщиков в галактике, — скромно проинформировал Фокс.
— Ты, значит, лучший? — разгромыхался алеуд, от смеха задел плечами сразу четыре контейнера, а рогами пятый.
— В данном деле не факт, — пожал плечами человек. — Я потратил два дня и сотни тысяч тонн обшивки «Мусорога», чтобы найти и поймать Атомного вора.
— И как нашёл? — вкрадчиво спросил капитан.
Разумеется, опытный наёмник не ожидал ответа. Кто в здравом уме будет раскрывать конкурентам свои секреты? Но в незнакомце было что-то простецкое, наивное, может он такой простофиля, что…
— В артефакте стоит гипер-маяк Музея Исторической Коммерции, — ответил Фокс.
— Это ясно. Но Мерца сразу заблокировал маяк, иначе его бы моментом нашли. Нет, маяк был мёртвый, и это понятно, все бросились искать другие способы. А сейчас он внезапно заработал, на такое никто не рассчитывал! Мы отслеживали его частоту только для порядка, по принципу «следи за всеми путями».
— Отличный принцип.
— А остальные, выходит, и не отслеживали, решили, нет смысла. И тут бах, сигнал. Мы на него и прыгнули.
Алеуд прищурил маленькие глазки с тяжёлыми веками, полными дымящихся серных нагноений. И требовательно спросил:
— Но почему маяк заработал, а?
— Потому что мы заманили вора в наждачный шторм на планете Метулар.
— Не понял.
— Это не какая-то природная раковина, — сказал детектив, приподняв иксарскую древность. — А половинка филигранно сделанного асимметричного четырёхмерного эталона. Вместе половинки складываются в то, что в моей культуре называется ультимативным золотым сечением. Но для нас важен сам факт того, что это парный объект.
