— Да, народ, это случилось снова: эвакуация! Эвакуация! Следуйте к своим пунктам сбора согласно плану эвакуации при пожаре. Двигайтесь, двигайтесь, не теряйте времени!
Здание было велико; в обычный день, как сказала Виктория, требуется десять минут, чтобы добраться из его внутренних помещений к главному выходу. Однако есть и аварийные выходы, и сейчас они были задействованы. Мы подождали пять минут — хотя казалось, что гораздо дольше — а затем, крадучись, Виктория приоткрыла дверь и высунула голову наружу. К этому времени у меня лоб уже покрылся испариной и хлюпало под мышками.
Здание было пусто: огромное, безлюдное, но всё ещё живое — оборудование продолжало работать. В кубиклах экспериментаторов, мимо которых мы проходили, на столах стояли архетипические недопитые чашки кофе и недоеденные сэндвичи, на спинках кресел и вешалках — брошенные пиджаки и свитера, в которых могла возникнуть нужда в кондиционированных конференц-залах, но которые явно не нужны были снаружи жарким летом прерий.
Камеры наблюдения по-прежнему работали и наверняка записывали всё, что мы делали, но никто сейчас не смотрел в мониторы. Мы подошли к выходу пучка СусиQ и там, как договорилась ранее Викки, стояла больничная каталка.
— Ну, всё, — сказал я Менно. — Прибыли.
Мы с Викки помогли ему влезть на каталку, что далось ему с заметным трудом, и уложили его. Виктория стянула его лоб привязным ремнём и жестом велела мне подкатить его к нужному месту.
И, как мы договаривались вчера, она запустила тест, и на мониторе появился график. В верхней части, как обычно, была полоса, представляющая собой квантовую запутанность всего человеческого рода, а ниже — один-единственный всплеск суперпозиции; Менно Уоркентин действительно был сейчас Q1.
— Потребуется несколько минут, чтобы отвести энергию от других пучков, — сказала Викки. Она что-то сделала с компьютером, и на экране появилась другая анимированная диаграмма. — Будет трёхминутный интервал между первым импульсом и вторым; столько понадобится установке, чтобы перезарядиться после того, как мы выполним первый сдвиг.
Я смотрел, как на экране, с которым сверялась Виктория, происходят вещи, которых я не понимал, пока она, наконец, не объявила:
— Шестьдесят секунд.
Моё сердце заколотилось; если бы у меня в этом месте в самом деле были хирургические швы, они бы, должно быть, сейчас разошлись.
Машина Кайлы летела по кампусу Университета Саскачевана, оставляя за собой видимые в зеркало заднего вида клубы пыли, словно стаю степной саранчи. Она снова велела телефону, подключённому к акустической системе через Bluetooth, набрать номер Виктории, потом Джима, но оба немедленно переключались на голосовую почту — а при звонке на любой стационарный номер «Источника Света» лишь снова и снова слышались длинные гудки, пока, наконец, не включался автоответчик.
Она повернула влево, на бульвар Инноваций, и…
— Простите, мэм, — сказал он из-за прозрачной маски. — Это здание эвакуировано.
— Что? Почему?
— Мэм, вы должны развернуть машину и уехать отсюда.
— Господи Боже мой, — сказала она. — Снова сообщение о бомбе, да? Кто-то опять позвонил и сказал, что здание заминировано? — Она развела руками. — Это розыгрыш.
— Мэм, команда сапёров выяснит, так ли это, когда приедет сюда.
— Я доктор Гурон; я физик из «Источника Света». Мне нужно туда попасть.
— Прошу вас, мэм, не заставляйте меня…
Она огляделась вокруг и заметила примерно в пятидесяти метрах цветастую гавайскую рубашку.
— Джеф! — закричала она, но летний ветер унёс её крик в сторону. Его окружала группа людей — кто-то в лабораторных халатах, кто-то — в джинсах и футболках, двое в комбинезонах и касках, и никого — в чёрном. — Джеф!
— Он ничего не сможет для вас сделать, мэм, — сказал коп.
— Я не понимаю, — ответила Кайла. — Мне нужно попасть внутрь. Я должна их остановить.
Коп положил руку на прицепленный к поясу электрошокер.
— Пожалуйста, мэм, вы должны вернуться в машину и освободить дорогу.
Кайла бросилась через газон ко входу в «Источник Света» в ста метрах впереди.
Она продолжала бежать, размашисто двигая ногами.
А потом из-за спины послышалось что-то вроде звука разматывающейся рыболовной лески, и…
…что-то ударило её в спину, какая-то сила ещё быстрее толкнула её вперёд, пока…
…её глаза выпучились, ноги перестали двигаться, и она полетела на землю, словно раннер[87], отчаянно стремящийся достичь дома. В голове помутилось, но она осталась в полном сознании — и, она знала, что по крайней мере в течение нескольких минут она также сохраняла совесть, пополам с виной за то, что не успела вовремя.
