Не бойся погрузиться в тайны прошлого, ведь его подводный мир бывает прекрасен.Душераздирающий исторический роман Келли Боуэн рассказывает о тайнах поколений. «Парижская квартира» сочетает в себе лучшее от женской художественной литературы. Это пронзительное и захватывающее путешествие, разворачивающиеся на фоне объятой войной Франции.Секреты защищают ее прошлое, но правда – ключ к ее будущему…1942 год, Париж. Эстель Алар, наследница богатой французской семьи, едва ли хорошо знает родителей и находит семью в тесном кругу друзей. Счастливая жизнь рушится, когда начинается война, и теперь Эстель рискует навсегда потерять тех, кто ей дорог. И тогда девушка принимает судьбоносное решение.2017 год, Лондон. Когда бабушка Аурелии умирает, она оставляет внучке маленькую парижскую квартиру. Аурелия еще не знает, что найдет в квартире коллекцию украшений и платьев, а одна из картин окажется ключом к разгадке главной тайны ее бабушки. Вместе с Габриэлем Сеймуром, реставратором с загадочным прошлым, героине предстоит раскрыть правду, скрытую в стенах парижской квартиры.«Удивительный взгляд на жизнь сильных женщин, рисковавших всем во время Второй мировой войны». – Карен Уайт«Трогательная история об опасностях и интригах, любви и потерях, которая разворачивается на фоне Парижа. Настоящее сокровище». – Кристина УэллсРоманы Келли Боуэн были переведены на итальянский, французский, японский и румынский языки.
Kelly Bowen PARIS APARTMENT
Copyright © 2021 by Kelly Bowen
This edition published by arrangement with Forever New York, New York, USA. All rights reserved
© Соломахина В., перевод на русский язык, 2023
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023
ПАРИЖ, ФРАНЦИЯ, 10 июня 2017 года
С портрета на нее пристально смотрела обнаженная темноглазая женщина.
Смелые оранжево-алые мазки, вскинутые над головой руки, протянутые к зрителям, развевающиеся за спиной темным облаком волосы. Выхваченная из тьмы лучом света, падающим из распахнутой двери, она сердито глядела с полотна, будто возмущаясь бесцеремонным вторжением, нарушившим уединение.
Лия застыла на пороге, сжимая в одной руке тяжелый ключ, а в другой – конверт с аккуратно сложенными документами, подтверждавшими ее полное право находиться в этой квартире.
Эта неизвестная доселе квартира со всей обстановкой, теперь принадлежащая ей, по заверениям юристов, стоит целое состояние.
«Наверное, бабушка души в вас не чаяла», – не смогла скрыть зависть секретарша, разглядывая адрес.
И Лия ничего на это не ответила, потому что бабушкино последнее волеизъявление было столь же загадочно, как и вся жизнь, и по поводу особого обожания у Лии были серьезные сомнения.
– Вода, свет, газ должны быть подключены, – сообщила появившаяся сзади Лии на лестнице консьержка.
Хранительница ее собственности, представившаяся просто Селестой, оказалась на удивление молодой улыбчивой женщиной с коротким розовым ежиком на голове.
Лии она сразу же понравилась.
– В кабинете я сижу редко, но, если понадоблюсь, обычно где-нибудь рядом. Просто позвоните.
– Спасибо, – рассеянно поблагодарила Лия, опуская ключ в карман.
– Когда звонили, вы, кажется, сказали, что это квартира вашей бабушки?
Селеста небрежно облокотилась о лестничные перила.
– Да. Она ее мне завещала.
По крайней мере, так ей сообщили в юридической фирме, когда пригласили ознакомиться с целой горой бумаг. Хотя до тех пор квартира оплачивалась со счета, открытого на имя Grandmèrе[1], сама Эстель Алар, насколько Лия знала, кроме Марселя, никогда нигде не жила.
– Ах, примите мои искренние соболезнования, – мягко сказала женщина.
– Благодарю вас. Ее смерть не была внезапной. А вот эта квартира… большой сюрприз…
– Ну не плохой, как бывает, – заметила Селеста. – Всем бы так везло.
– И правда, – согласилась Лия, теребя эмалевый кулон на шее.
До сегодняшнего дня антикварное украшение было единственным бабушкиным подарком, врученным без особых церемоний в день восемнадцатилетия.
Лия окинула взглядом консьержку.
– А давно вы здесь работаете?
– Шесть лет.
– Вы, наверное, ничего не знаете ни о квартире, ни о моей бабушке Эстель Алар?
Селеста покачала головой.
– К сожалению, нет. Хотя я знакома со многими жильцами, врать не буду, я не имею ни малейшего представления, чья это была квартира, знаю только, что последние шесть лет в ней никто не жил.
Лия вдруг порывисто сунула документы под мышку и, расстегнув молнию на портфеле, выудила рисунок размером с лист писчей бумаги – яркое, даже несколько грубоватое изображение особняка, утопающего в изумрудной листве деревьев на фоне синего неба.
Не считая ключа, этот рисунок оказался единственным предметом, особо упомянутым в завещании.
– Вам известна фамилия Сеймур? Уильям Сеймур? Ни о чем не говорит? – спросила Лия, показывая картину Селесте.
Та снова покачала головой.
– Нет. А можно спросить, кто он?
– Без понятия. Наверное, художник, на этой картине его подпись.
– Вот как? – заинтересовалась Селеста. – Думаете, он когда-то тут жил?
– Откуда мне знать? – вздохнула Лия, пряча рисунок в портфель.
Она особо и не рассчитывала что-то узнать, но попытка не пытка.
– Хотите, могу покопаться в домовых книгах, – предложила Селеста. – У нас сохранились архивы за много лет. Если Уильям Сеймур когда-то здесь жил, глядишь, что-нибудь и найдется.
Лия была тронута предложением до глубины души.
– Нет, не сто́ит.
Ей не хотелось обременять эту добрую женщину. Сначала она сама проведет небольшое расследование.
– Хорошо. Но если передумаете, дайте знать.
– Благодарю вас. Непременно.
Селеста, казалось, колебалась.
– Собираетесь здесь пожить? – наконец спросила она.
Лия уже хотела было ответить, но передумала.
Если коротко, то да, хотя бы ненадолго. А вот дальше… все не так просто.
– Конечно, это не мое дело, – опустила голову консьержка. – Извините.
– Ну что вы, – улыбнулась Лия. – Я просто еще не решила.
– Оставайтесь, – искренне предложила Селеста. – Я бы с удовольствием…
