Впервые начало первого действия этой неоконченной комедии опубликовано в кн.: А. Вампилов. Я с вами, люди. С.279. По свидетельству О.М. Вампиловой, работа над комедией была отложена из-за всецело захватившего Вампилова замысла «Несравненного Наконечникова».
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
ПАВЕЛ АФАНАСЬЕВИЧ КАРДАМОНОВ – 35 лет.
РУСЛАН ГАБИДУЛИН – 26 лет, слесарь (из депо).
ВАДИМ МИХАЛЕВ – 22 года, слесарь, студент-заочник, сосед Колывановых.
АНТОНИНА СЕРГЕЕВНА КОЛЫВАНОВА – 45 лет, завмаг, вдова военкоматского полковника.
ЕВГЕНИЯ – 19 лет, дочь Колывановой, студентка финансового (практического) института.
ВАРЯ – 22 года, жена Габидулина, парикмахерша.
Габидулин – высокий, крепкого сложения парень. Выражение его лица обычно сумрачное. Угрюм, ревнив и вспыльчив. Пострижен коротко. Скулы и подбородок у него довольно массивные. Брови обычно чуть нахмурены, взгляд прямой и решительный. Все вместе это делает его похожим на те лица, которые художники любят рисовать на плакатах, изображая спортсменов и воинов. Так, впрочем, оно и есть: Габидулин отслужил год назад, занимается спортом. Гиря, лежащая у флигеля на траве, принадлежит явно ему, да и одет он сейчас в дешевое темно-синее трико. Михалев – ему 22 года, в армии служил писарем, слесарь, собирается поступать заочно на юридический. Человек впечатлительный, прямодушный и доверчивый, что обезоруживает не только его, но подчас и его противников. Среднего роста, физической силой не выделяется.
Колыванова – властная, энергичная женщина-реалист. В свое время отбила своего полковника у его жены. Насмешлива по-мужски – хозяйка. Внешне спокойная, достоинство власть имущего.
Евгения – живая, веселая (полковник избаловал), ждущая грубого вмешательства, жаждущая приключений, смешливая, капризная, сильно развит дух противоречия.
Варя – жена Габидулина, ей 22 года. Яркая блондинка. Типичное дитя рабочего предместья. Ранняя самостоятельность сделала ее весьма агрессивной. Вспыльчивая, крикливая. В любых случаях жизни нападение предпочитает защите. В глубине души человек добрый и справедливый.
Двор Колывановой. Довольно просторный двор, в правом углу которого видна часть добротного одноэтажного каменного дома: крыльцо, открытая веранда, окно, входная дверь. В левом углу двора небольшой флигель стоит так, что видна лишь его стена с дверью и окном.
От дома к флигелю, замыкая усадьбу, тянется забор, а к забору прилепилось крохотное строение, которое можно было бы принять за дровяной сарай, если бы не застекленное окошечко и жестяная труба над черной прогнившей крышей, кое-где подлатанной свежими тесовыми обрезками. В сравнении с домом, крытым железом и его свежевыкрашенной верандой, с аккуратным флигелем, эта клетушка кажется помещением подсобным, убогим, нежилым. Посредине двора растет раскидистый куст черемухи, под ним стоят большой грубый стол и скамейка, так же как и стол, вкопанная в землю. Дальше, за усадьбой, там-сям виднеются тополя, сквозь них проглядывает красное кирпичное здание, а дальше, уже совсем далеко, торчит верхушка телевизионной вышки. Тополя чуть прихвачены увяданием, листва их местами поблекла. Над деревьями совершенно неподвижно висит серая дымка, тяжелая внизу, вверху – теряя очертания и растворяясь постепенно в нежно-розовом небе. Отдаленный шум машин почти непрерывен. Все это говорит о том, что действие начинается в начале осени, в тихий предвечерний час, в большом современном городе.
Итак, под черемухой, сидя на скамейке и двух вынесенных из дома стульях, расположились Габидулин, Михалев, Варя и Евгения. Видно, что они только что напились чаю, и теперь – чайник, стаканы, хлеб и все прочее для чаепития сдвинуты на край стола – заняты игрой в карты. Суббота, суббота – хороший вечерок. Песенка Варя подбрасывает карты, Михалев отбивается.
ЕВГЕНИЯ (Варе). Дай ему, дай!.. Так!.. Еще!
ВАРЯ. Все.
МИХАЛЕВ. Бито.
ЕВГЕНИЯ. Думаешь? Ошибаешься! (Бросает карту.)
МИХАЛЕВ. Навалились. (Кроет.)
ЕВГЕНИЯ (Варе). Есть?
ВАРЯ. Нету. (Зевает.)
МИХАЛЕВ. Бито.
ЕВГЕНИЯ. Думаешь? Ошибаешься! (Бросает карту.)
МИХАЛЕВ. Жмут. (Собирает карты.)
ЕВГЕНИЯ. Так. (Бросает карту Габидулину.) А это тебе.
ГАБИДУЛИН (мрачно). Беру.
ЕВГЕНИЯ (Варе). Давай!
Варя бросает Михалеву одну за другой две карты. Михалев отбивается.
ЕВГЕНИЯ. Бито.
Михалев бросает карту. Евгения кроет.
Бито. Так… (Габидулину.) А это тебе. (Бросает еще карту.)
ГАБИДУЛИН. Беру.
ЕВГЕНИЯ (Варе). Давай!
ВАРЯ (бросает карту). Все.
Михалев отбивается.
ЕВГЕНИЯ (подбрасывает карты). Так… так… так… (Торжественно.) Дураки!
МИХАЛЕВ. Задавили.
ВАРЯ (зевает). В который раз?
ЕВГЕНИЯ. Двенадцатый! Круглые дураки.
МИХАЛЕВ. Счет шесть – двенадцать.
ГАБИДУЛИН (мрачно). Дюс наполовину.
ЕВГЕНИЯ. Сдавайте.
МИХАЛЕВ. Хватит. (Поднимает руки.) Сдаюсь на милость победителей.
ГАБИДУЛИН (тасует карты). Отыграемся.
ВАРЯ (зевает). Вы-то?
ГАБИДУЛИН (упрямо). Отыграемся.
ВАРЯ. Навряд ли.
ЕВГЕНИЯ. Сдавайте! Сдавай, Руслан.
МИХАЛЕВ. Все. Я капитулирую.
ЕВГЕНИЯ. Схлюздили, дурачье несчастное.
МИХАЛЕВ. Зато в любви нам везет. (Обнимает Евгению.) Верно, Руслан? (Оглядывается и убирает руки.)
ВАРЯ. Смотрите. По-моему, Вадим, против тебя она опять что-то затевает.
МИХАЛЕВ. Варя! Не расстраивай меня. Плесни-ка мне лучше чайку.
