Но мне уже давно не свистят вслед рабочие со стройплощадок. Моя жизнь идет под уклон. Старение – это мрачная реальность, с которой я сталкиваюсь каждое утро, глядя в зеркало на свою увядающую кожу.
– Прекрати ныть, ты прекрасна. У тебя великолепные сиськи, – успокаивал меня Найджел.
Если бы он только знал, как он нужен мне!
Время – странная вещь. Иногда оно летит незаметно, а иногда тянется очень медленно, и ты ощущаешь, как секунды складываются в минуты. Когда-то в школе я стыдилась того, что на фоне своих повзрослевших подруг с хорошо развитыми женственными формами выгляжу плоской как доска. А теперь, глядя в зеркало, я испытываю отчаяние от того, что моя грудь скоро достанет до колен…
Найджел опять куда-то пропал. Я стояла на тротуаре, залитом весенним солнцем, и старалась сосредоточиться на приятных мыслях. А в это время двое парней бандитского вида пытались разобрать леса. Большой Бен решительно встал на их пути, а Джим, выкатив глаза, помахивал большим ведром с черной смолой.
– Я всего лишь следую инструкциям, приятель, – сказал один из бандитов. – Нам сказали разобрать эти леса сегодня утром.
Большой Бен посмотрел на меня. Я пожала плечами. Это был еще один фокус Найджела.
– Кровельщики еще не заделали слуховое окно, – сказал Бен. – Вам надо вызвать их, иначе дождь зальет верхний этаж и все опять начнет гнить.
Я попыталась дозвониться до Найджела. Мы перекинулись парой фраз, и связь оборвалась.
– Он говорит, что нам не о чем беспокоиться, – сообщила я Бену, – и сейчас он в зоне плохой связи. И потом, я не знаю, как разыскать кровельщиков.
Большой Бен с упреком посмотрел на меня и кивнул в сторону Джима.
– Ему потребуется полчаса на то, чтобы заделать слуховое окно. Если крыша начнет течь, вам придется снова устанавливать леса.
Я вздрогнула, вспомнив, сколько это стоит (Найджел уверял меня, что установка лесов обойдется «чертовски дешево»).
– Хорошо, – наконец сдалась я. Бен с довольным видом кивнул.
– Приходите после полудня! – крикнул он рабочим.
– Тогда платите за еще один день работы, – сердито сказал один из них.
О боже, у меня больше нет денег! Внезапно я вспомнила слова Найджела о том, что Бен – паникер и не надо поддаваться на его провокации. Взглянув на Бена в упор, я твердо сказала:
– Я не уверена в том, что это в самом деле необходимо. Я прекрасно изучила вас за это время. Вы ни разу не сказали доброго слова о других мастерах. Знаете, лишних денег у нас нет.
В карих глазах Бена зажегся угрюмый огонек.
– Вы несправедливы ко мне, – сказал он, окинув меня с головы до ног хмурым взглядом. – И я могу доказать это. Давайте поднимемся на крышу и вы сами все увидите.
Рабочие оживились и подошли к нам. Джим усмехнулся.
– Что? На крышу?! – воскликнула я срывающимся голосом.
– Да, – с усмешкой сказал Бен. – Вы должны все увидеть своими глазами.
Я посмотрела на шаткую лестницу и непрочные леса, и у меня перехватило дыхание.
– Вы полезете первая, я за вами. Если вы начнете падать, я вас подхвачу. – Бен осклабился и кивнул Джиму: – Давай, приятель.
Джим, словно обезьяна, стал ловко карабкаться по лестнице-стремянке. Забравшись на леса, он с усмешкой взглянул на нас сверху. Рабочие засмеялись. Я внезапно почувствовала приступ тошноты.
В это время у тротуара остановился пикап Тревора. Выйдя из машины, он подошел к нам.
– Что здесь, черт подери, происходит? Я поняла, что отступать поздно.
– Ну что ж, полезли! – сказала я и поставила ногу на нижнюю перекладину лестницы.
Та мина, которую состроил Тревор, стоила того, чтобы подняться вверх еще на десять перекладин. Но тут у меня задрожали колени, я посмотрела вниз, чего не следовало делать.
– Вперед! – крикнул Бен за моей спиной, и я полезла дальше.
Наконец мы добрались до небольшой платформы на полпути к крыше, и я ухватилась за металлический стержень, чувствуя, что у меня подкашиваются колени.
– Нет, я не смогу… – тяжело дыша, сказала я и посмотрела на верхнюю площадку, где уже стоял ухмыляющийся Джим, помахивавший ведром.
– Сможете, – услышала я решительный твердый голос Бена за своей спиной.
Вспомнив о наблюдавших за мной Треворе и двух рабочих, я снова начала подъем. Эта лестница была установлена вертикально, и у меня от напряжения задрожали руки и ноги. «Лезь наверх, не смотри вниз», – лихорадочно повторяла я про себя и вскоре оказалась на площадке рядом с Джимом. Вступив на деревянные доски лесов, я судорожно вцепилась в металлический стержень, опасаясь, что меня сейчас начнет рвать и я упаду в глазах рабочих.
За моей спиной слышалось тяжелое дыхание Бена. Наконец он залез на площадку и встал рядом со мной.
– Ну вот мы и наверху, – переведя дыхание, сказал он. – Пойдемте, я покажу вам слуховое окно!
Бен шагнул через пропасть, отделявшую платформу лесов от крыши, и двинулся по узкому выступу.
Я оцепенела от ужаса.
– Нет, Бен, я не смогу это сделать!
Мой голос дрожал. Еще минуту – и я разревусь…
