Поднявшись на крыльцо, я постучала в дверь, но это было напрасной тратой времени. Дома находился только Сэм, старый вонючий Лабрадор Найджела. Он вышел из-за угла и обнюхал меня, как всегда, с недовольным видом, ткнувшись мордой мне в лобок.
– Ах, ты мерзкая псина!
Отпихнув Сэма, я обошла дом. Во дворе в загоне под деревом стоял толстый откормленный пони. Рядом с решеткой для барбекю валялся сломанный детский велосипед. На столике стояло несколько пустых банок из-под пива.
Я заглянула через окно в дом и не узнала гостиную Глории, всю в таких «уютненьких подушечках и живых цветочках». На полу рядом с диваном валялось множество банок из-под пива и лежал ворох газет. И вокруг ни одной живой души. Я не понимала, куда подевались обитатели дома. Животные Найджела явно не голодали, но сам дом был пуст.
Я вернулась к машине и поискала листок бумаги, на котором я могла бы написать записку. По иронии судьбы мне под руки попался счет, выставленный Тревором за выполненные работы. Достав из сумочки шариковую ручку, я накарябала на обороте счета: «Найджел, пожалуйста, срочно позвони мне. Я в полном дерьме» и бросила записку в почтовый ящик.
Когда я возвращалась по дорожке к своей машине, мне встретился старик в синем комбинезоне с ведром в руках. Мы остановились, и он заговорил со мной.
– Они уехали.
– Куда и на сколько дней?
Он пожал плечами:
– Не знаю. Мне велели кормить животных и подрезать кусты.
– Кто велел? Найджел?
Старик покачал головой.
– Я говорил с его женой. – Он двинулся дальше, бросив мне через плечо: – Она забрала все детские игрушки. Похоже, они не собираются возвращаться.
Вернувшись домой, я сразу же легла в постель. Я не успела поменять белье, и от наволочек исходил запах крема после бритья, которым пользовался Гай. У меня дрогнуло сердце, но я хорошо знала, что если бы он был здесь, то я снова почувствовала бы отвращение к его волосатому потному телу.
Еще не стемнело. Я слышала шум машин, крики, смех, шаги прохожих. Свернувшись калачиком, я обняла себя за плечи. Почему Найджел уехал, не сказав мне ни слова? Я почувствовала надвигающуюся опасность.
Мне очень хотелось уснуть, но я долго лежала, не смыкая глаз. Когда стемнело, я почувствовала, как мой мозг наполнился голосами. Я слышала холодные обвинения Грэма, презрительные упреки Тревора, тихий плач Джульетты, лежащей на больничной койке…
Я хотела включить свет, но не могла пошевелиться и лежала, как будто окаменев. По потолку проплывали отсветы от фар проезжавших мимо машин. Меня терзал страх.
– Бог не оставит тебя в беде, помни об этом, – сказал Нейл, помешивая кофе. – Если ты откроешь ему сердце, то сможешь преодолеть все трудности. «Совершенная любовь изгоняет страх», первое послание Иоанна, глава четвертая, стих восемнадцатый.
Я вытерла мокрое от слез лицо.
– Прости, но сегодня у меня нет печенья, – сказала я.
– Мне ничего не надо, Кэри, – сказал Нейл, пристально глядя на меня. – Что еще у тебя стряслось?
– У меня одна беда за другой, – пожаловалась я.
– Прими ванну, это успокаивает, – посоветовал Нейл.
– Я думала, что нашла свою любовь. Даже лучше, чем любовь, – страсть. Но это оказался всего лишь секс.
Нейл смущенно кашлянул и подошел к раковине, чтобы налить воды в ведро.
– Ты устала, – сказал он. – Прими ванну и ляг в постель.
– Что такое страсть, Нейл?
– Забудь об этом. «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера…»
– Ты прав, – промолвила я, хотя меня не утешали библейские истины.
– «…кротость, воздержание», – закончил Нейл, и мне показалось, что он бросил выразительный взгляд на пустую бутылку вина, стоявшую рядом с мойкой. – Послание к галатам, глава пятая, стих двадцать второй.
– Я не хочу предъявлять окружающим слишком высокие требования, – заявила я. – Мне нужен человек, с которым я могла бы делить в жизни радости и горести. Но он должен волновать меня, трогать мое сердце…
«А также заставить меня забыть о проблемах и заплатить мои долги», – подумала я.
– Тебе нужен друг, – сказал Нейл и, взяв ведро с мыльной водой, направился к двери.
Я понимаю, что пути Господни неисповедимы, но зачем он привел ко мне в этот день Генри?
Как только Нейл дал мне совет завести хорошего друга, раздался звонок в дверь. Нейл пошел открывать.
– К тебе пришли, – сказал он, увидев Генри на пороге.
Я застонала.
– Дорогая моя, что с тобой? – спросил Генри, с состраданием глядя на мои растрепанные волосы и покрытое красными пятнами лицо.
Я пожаловалась ему на свою судьбу, перечислив постигшие меня беды.
– Я пришел, чтобы выразить тебе сочувствие по поводу несчастья, произошедшего с твоей сестрой, – сказал Генри, выслушав меня. – Я заехал по пути на работу. Может, тебе нужна моя помощь?
Его пухлые щеки подрагивали от волнения. Он действительно беспокоился обо мне.
– Спасибо, Генри. Джульетте уже лучше.
– А ты как?
– Со мной все в порядке. Просто я очень устала.
Мы помолчали.
– Давай как-нибудь сходим в бар, пропустим по стаканчику. Как ты на это смотришь? Тебе надо отвлечься от грустных мыслей.
