- А ты в милицию звонила?
Я посмотрела на него.
- Дима... - начала я, но потом вдруг передумала что-либо ему говорить. - Бери картины и иди, мне собираться надо.
- Куда ты едешь?
- В Лондон. А потом в Мадрид. Или в Марсель. Какая разница, Дима? Я еду путешествовать.
- Мне не нравится, что ты едешь одна. Я не уверен...
- Димочка, тебе не должно это нравиться.
Калинин обернулся в дверях и на меня поглядел с улыбкой.
- А вдруг когда ты вернёшься, всё изменится? Я на это надеюсь.
- Сомневаюсь. Что изменится, то есть.
- А я всё равно надеюсь. Пока?
- Пока, Дима.
- Я жду твоего возвращения.
- Лучше готовь выставку, - посоветовала я, и дверь за ним закрыла.
Вернулась в родной город спустя два месяца, уставшая, но довольная собой. Даже не верилось, что столько времени прошло. Я на месте ни дня не сидела, перебиралась из города в город, изматывала себя пешими прогулками и захлёбывалась впечатлениями. В Европе я и раньше бывала, но времени, для того, чтобы увидеть всё, что хотелось, никогда не хватало. А тут меня никто не торопил, не ныл, умоляя заглянуть в ещё один магазин, и не тащил вечером в ресторан. Можно было гулять, пока ноги не начинали гудеть от усталости, часами просиживать с альбом для набросков в каком-нибудь удивительном месте или показавшемся мне удивительным, спокойно сидеть в кафе и не ужинать. За два месяца я похудела, сделала новую стрижку, обновила гардероб и теперь, когда смотрела на себя в зеркало, сама себе нравилась. Вот только в душе всё равно осталась какая-то заноза, которая саднила и саднила. Даже если я была спокойна и всем довольна, стоило только мысленно вернуться домой, как снова накатывала тревога.
Родной город встретил меня метелью и сугробами. Нарядной новогодней ёлкой перед главным городским собором и привычным перезвоном колоколов. Машина остановилась на светофоре, и я посмотрела на белокаменный собор. Дядя сидел рядом со мной, держал за руку, радовался моему возвращению, а я слушала перезвон. Он лучше всего остального говорил мне о том, что я дома. Оказывается, я скучала сильнее, чем думала.
- А что это ты так исхудала? - недовольно поинтересовался дядя, разглядывая меня, а я поймала на себе любопытный взгляд водителя, брошенный в зеркало заднего вида.
- Чуть-чуть, - негромко ответила я.
- Когда чуть-чуть, не заметно, а тут...
Я стукнула его по коленке.
- Прекрати.
- Я о тебе забочусь.
- Так модно.
- Чтобы щёки вваливались?
Я повернулась к дяде и веско заметила:
- Ты на Соньку посмотри.
Он смущённо кашлянул и слегка толкнул в плечо водителя, который совершенно наглым образом подслушивал и даже скрыть этого не пытался.
- На дорогу гляди, хватит уши греть.
- Да, Борис Владимирович, - скучно отозвался молодой человек, а мне смешно стало.
- Ты хоть отдохнула?
Я сунула руку под дядин локоть и привалилась к его плечу.
- Всё хорошо. И отдохнула я, и насмотрелась всего. По дому соскучилась.
- Соскучилась - это хорошо. - Дядя поцеловал меня в висок и тут же сморщил нос. - И причёска новая... Вернулась какая-то... Я тебя не узнаю.
Я рассмеялась.
- Привыкнешь.
В собственной квартире меня что-то смущало, я ходила по комнатам, оглядывалась и никак не могла понять, что именно. Вроде всё на своих местах, всё прибрано (видимо, готовились к моему возвращению), картины там, где я их и оставила, без меня их никто не трогал, боялись. На кухне всё сверкает... А потом поняла. Балконные двери наглухо закрыты. Зима ведь. Я подошла к окну и отдёрнула занавеску. Вся крыша была завалена снегом. Так непривычно...
Я в первый раз зимую в этой квартире. И надо привыкнуть, что моя крыша - зимой просто крыша, и ничего больше. Что даже неплохо. Крыша вызывала слишком много не нужных воспоминаний.
- Всё на местах, ты довольна? - спросила Сонька, приехав на следующий день рано утром и подняв меня с постели. Я бродила по кухне в пижаме и зевала, а подружка, в отличие от меня, была переполнена энергией.
- Уборкой? Конечно, довольна. Спасибо, что побеспокоилась. Мне совершенно не охота заниматься домашними делами.
- Я так и подумала.
Сонька разбирала подарки, что я привезла ей из своих странствий, шуршала пакетами, с довольным видом вертелась перед зеркалом и на меня не смотрела.
- Чай будешь? - спросила я.
- А кофе нет?
- Я веду здоровый образ жизни. Кофе бой!
- Ужас какой... С чего это ты вдруг?
- Не знаю, захотелось. У меня новая блажь, - выдала я и рассмеялась.
- Ты похудела, - заметила Сонька.
- На шесть килограмм, - похвастала я.
Подружка кивнула.
- Боря сказал, что до ужасающего состояния.
- Он преувеличил.
- Это я вижу. Ты решила начать новую жизнь?
- В каком-то смысле. Учусь относиться ко всему спокойнее, а не бросаться в омут с головой.
- Классный шарфик, - Сонька подбросила в воздух шифоновый шарфик, и он красиво опустился ей на руку. - К моему голубому платью подойдёт.
- Я под платье и покупала.
- Хотела к тебе приехать, на недельку хотя бы, но Боря с делами закрутился... Ты же знаешь, когда у него много работы, он совершенно о себе не заботится. Даже есть забывает. За ним надо приглядывать.
- У вас всё хорошо?
