— Даже при том, что от его действий погибнет и пострадает миллион ни в чем не повинных граждан? — спросил я, внимательно глядя на Татьяну, пытаясь определить, то ли это временное помешательство, то ли в нее вселилась твердая позиция еврочеловеков.
— Да, — медленно сказала Татьяна, — стоит один раз нарушить права человека и пойдет цепная реакция.
— А ты не занималась подсчетом того, сколько раз на дню нарушают права людей борцы за права человека? — спросил я. — А если в государстве окажется вменяемый президент и он пошлет всех судей и борцов за права человека сообщать родственникам о гибели их близких людей, потому что они стойко стояли на страже прав человека, готовившего террористический акт? Сколько борцов за права человека и судей вернутся живыми после посещения неутешных родственников? И что дальше должен делать президент?
— А что еще может сделать президент? — растерянно спросила супруга.
— А он должен образовать военно-полевой суд и судить вас по законам военного времени, — отрезал я.
— И каким будет приговор? — раздался тихий вопрос.
— А вот этого я не знаю, — признался я.
Когда в государстве порядок, работящий, сознательный и дисциплинированный народ, инициативные министры, то и президенту работать легче. Можно съездить отдохнуть на дачу на море в районе Кадкина ручья или недалеко от Богородска в маленькой деревеньке Бабариха домик с шестью сотками земли. Малину пособирать, с документами поработать, у озера с удочкой посидеть. Давненько я этим не занимался.
Мне нужно было побыть в одиночестве, чтобы принять очень важное решение: идти или не идти на выборы на второй срок?
Закинув удочку в озеро, я сидел и думал о том, что же мне удалось достичь.
Мне удалось изменить Конституцию так, что никому не удастся остаться у власти более двух сроков вообще. Конституция даже запрещает проводить референдумы по этому вопросу. Сказано два срока и любой день пребывания в должности сверх этого срока считается преступлением против государства.
Я подтвердил требование Конституции о выборности глав регионов и наделении их большими полномочиями в решении местных вопросов. Зачем президенту и правительству лезть в вопросы ремонта садовых калиток, если есть местная власть.
Одновременно власть была приближена к народу. Народ, то есть избиратели, электорат стал иметь реальную возможность прекращения полномочий избранного ими должностного лица. Сколько неразберихи было в этом вопросе, что до сих пор страсти еще не улеглись. Но так бывает и с ребенком, который только что научился ходить. Ребенок демократии уже почти научился ходить, и он сможет и дальше ходить без поводыря.
Демократия стала демократией без всяких определений, типа национальной, управляемой, ограниченной и тому подобное. Демократия либо есть, либо ее нет.
И основным своим достижением я считаю возвращение доверия народа к власти.
Первое — отстранение олигархов от прямого влияния на власть. Дополнительно мы ввели такие налоги на роскошь, что владелец золотого унитаза вылетал в трубу вместе с унитазом, освобождая место для другого предпринимателя.
Второе — мы почти на сто процентов обновили правоохранительную систему. Лишь единицы проверенных людей остались на должностях судей, прокуроров и полицейских начальников. Мы дали им положение, зарплаты и будущее, а уж они должны решать, пользоваться им этим или не пользоваться, исполняя задачу по охране и соблюдению законов. Одновременно мы разобрались с делами по воровству государственных средств и предательства наших интересов во время последних региональных войн.
Третье — мы уничтожили понятие номенклатуры и каждый человек получил равные возможности для того, чтобы стать любым должностным лицом вплоть до президента.
Сейчас наш народ не то бессловесное быдло, с которым можно делать что угодно, совершенно не опасаясь народной реакции. Люди, глотнувшие воздух свободы, стали немножко пьяны и могут по пьянке натворить такого, что утром ужаснутся от содеянного. Так вот, лучше не провоцировать подвыпившего человека.
Тот, кто считает, что президенту на отдыхе дают отдохнуть, глубоко заблуждается. Носимый ядерный чемоданчик все время поблизости. Мобильный пункт правительственной связи тоже рядышком. Только-только начинает клевать в обыкновенном, а не «заряженном» всеми породами рыбы озере, как из кустов выходит помощник с белой трубкой:
— Алексей Алексеевич, премьер-министр.
Безотлагательная информация и никуда не денешься. От этого звонка зависит если не судьба всего государства, то уж, во всяком случае, части всего мира. Как в американских фильмах герой говорит, что он идет спасать мир. И нам тоже частенько приходится спасать мир от дураков, которым дали в руки стеклянный, как его, подсвечник. А они размахивают им как дубиной, совершенно не думая о последствиях.
