И словно в ответ на эти мысли голубая искорка в перстне ярко полыхнула, ослепив совсем как тогда, когда я коснулась Первого камня, а перед глазами возникла картинка. Я увидела те самые последние минуты рассуждений Майсара, что предшествовали его вопросу, обращенному ко мне. А приговором, который Следящий вынес всему роду ил`Мар, действительно оказалась смерть. И это на мой взгляд было сущим безумием, потому как по-настоящему виноватыми в произошедшем со мной, были только двое. Виэр — который с сотоварищами ради собственного развлечения вытащил из родного мира, и Кайрис, что обязал человеческого аристократа Мирона Рассиля прикончить меня. Я даже могла частично понять, почему к смерти приговорили и бывшего Правителя Заоблачного мира с супругой, но вот в чем была виновата белокурая девочка, почти ребенок, которую я видела впервые.
— Так, каково будет ваша решение, Истинная Правительница? — вновь спросил Майсар, прерывая поток моих размышлений. — Вы согласны с озвученным приговором?
— Нет, — спокойно отозвалась я, поднимая голову и встречаясь с ним глазами, а взгляды всех присутствующих в зале высших элсиров сосредоточились на нас.
— Нет? — холодно повторил мужчина, в голосе которого появились едва уловимые опасные нотки.
— Нет. Смерть — это слишком простое наказание.
— Вот как? — намек на угрозу в интонации исчез, сменившись заинтересованностью. — Что же вы хотите предложить в качестве альтернативы, лэсса Истинная Правительница? Неужели существует нечто более действенное, чем лишение разумного создания самого ценного, что у него есть?
— Существует, лорд, — склонив голову, произнесла я совершенно спокойно. — И мне удивительно, что этого простого решения не смогли увидеть вы.
Синеглазый брюнет промолчал, не став спрашивать, что конкретно я имею ввиду, а его взгляд вновь изменился. Заинтересованность из него никуда не делась, вот только к ней теперь добавилась еще и мрачная подозрительность. На лицах же обвиняемых, взамен прежнего выражения обреченности, появился намек на надежду, что для них все может закончиться иначе, чем смертью. А вот остальные нелюди, что являлись зрителями на этом заседании, после сказанных мной слов только что ерзать от нетерпения на местах не начали.
Это заставило мысленно усмехнуться и обратиться сразу ко всем присутствующим в зале:
— Лэссы и лорды, вы ведь абсолютно все здесь являетесь магами. Так ответьте мне, что страшнее всего для одаренных искрой волшебства, помимо смерти?
— Риск утратить ее, — прозвучал чей-то голос из зала, который (во всеобщей повисшей тишине) прозвучал неожиданно громко.
— Именно! — прищелкнула я пальцами и тонко улыбнулась. — В мире, где я родилась, есть одна мудрая поговорка, что дословно звучит так: "Что имеем — не храним, потерявши — плачем". Так вот она как нельзя более точно отражает то, что я хочу предложить в качестве альтернативы, которой интересовался у меня лорд Следящий. Предлагаю заблокировать у виновных волшебный дар и отправить в один из миров, где наравне с магами живут также и разумные, что ею не владеют. Обычные смертные, к примеру. И каждый проведенный рядом с ними день, станет напоминанием о том, что именно совершенная ошибка сделала высших элсиров лишенцами от магии.
Вот после этого большинство присутствующих в зале, где решалась судьба пятерых аристократов, уставились на меня с откровенным ужасом. Большинство, но далеко не все. У старшего поколения из обвиняемых на лицах отразилась такая гамма чувств, что я с трудом удержалась, чтобы не улыбнуться шире. Таврион и Малкора не могли поверить в то, что я готова заступиться за всю их семью и сохранить жизнь всем. Они, в отличие от своих детей (которые все трое побледнели так, что того и гляди в обморок хлопнуться), понимали ее истинную ценность и были готовы заплатить высокую цену в виде лишения магии.
Это, в общем-то было не удивительно, учитывая возраст супружеской пары. Только тот, кто прожил уже достаточно и пережил многое, может в полной мере понять истинную ценность жизни. И несмотря то, что бывший Правитель Заоблачного мира с супругой были уже немолоды, умирать им естественно не хотелось (хотя оба наверняка были к этому готовы и желали сейчас лишь одного — чтобы их дети сохранили свои жизни). А тут я с таким щедрым предложением. Теперь бы еще глава Следящих принял его и все будет хорошо. Моя совесть останется чиста. Я не запятнаю ее смертями пятерых разумных, одна из которых, в силу юного возраста, еще и жизни-то как таковой не видела.
— А вы жестоки, лэсса Истинна Правительница! — после продолжительного молчания и, надо полагать, тщательного обдумывания моего предложения, с усмешкой произнес Майсар. — Низвергнуть фактически с облаков, да в самые низы…
— Отчаянные времена требуют отчаянных мер, — равнодушно пожала я в ответ плечами.
— Вы правы. И… мне нравится ваш вариант наказания куда больше предыдущего. Скажите, вы всех членов рода ил`Мар хотите подвергнуть ссылке и пожизненной блокировке магических способностей?
