Повернув голову на звук, увидела высокую фигуру, облаченную в глухие светлые одежды и с капюшоном на голове, не позволяющем увидеть лица говорившей. А стояла незнакомка чуть левее, у самой кромки воды. И как я ее раньше не заметила? Хотя, чему тут удивляться, если проход сюда поначалу также был скрыт для меня? Наверное, какая-то магия.
Решив, что не стоит забивать себе голову этими странностями, направилась к женщине. Интересно же, зачем она захотела со мной увидеться и как может помочь. Быть может я наконец-то узнаю, по чьей вине моя жизнь пошла кувырком?
Мда. С некоторых пор, та самая жизнь и впрямь представляет собой череду странностей и непонятностей, а прожитые годы теперь кажутся наискучнейшим временем. Вот только если бы кто спросил моего мнения, то я предпочла бы прожить пусть и скучноватую, но понятную и относительно безопасную жизнь. Относительно — потому что от внезапно упавшего на голову кирпича никто не застрахован, да и количество людей, гибнущих под колесами машин или в авариях, с каждым годом отнюдь не уменьшается. Но по крайней мере опасности родного мира были для меня понятны. Я знала, как себя вести и с какой стороны могут прийти возможные неприятности, а сейчас… Сейчас моя жизнь была подобна жизни слепого новорожденного котенка, которого забрали у матери и бросили на произвол судьбы. И вот этот малыш тычется во все стороны, пытаясь найти дорогу назад, под теплый и такой безопасный мамин бок, но у него ничего не выходит. И то, как долго беспомощный котенок сможет прожить один — это лишь вопрос времени и везения, потому что от него самого зависит слишком мало.
— Ты рано отчаиваешься, — ворвался в течение моих мыслей спокойный женский голос, а я, вздрогнув, вспомнила, где нахожусь. Как, впрочем, и то, что нахожусь я тут отнюдь не одна.
Жрица, что встретила меня у необычного озера, провела за собой в другую пещеру, которая оказалось не менее чудесатой, чем та, что с водоемом.
В первый момент оказавшись там, куда меня сопроводили, я впала в ступор по причине когнитивного диссонанса. Как же так вышло? Я ведь спускалась вниз, под землю, судя по всему, а оказалась?.. Где, черт возьми, я вообще оказалась?! Я сошла с ума, или у меня галлюцинации начались из-за потребления местной еды? Ну, а что еще можно было подумать, увидев росшее посреди просторной пещеры дерево: в три, а может и целых пять человеческих обхвата. Листьев на нем не было, однако сомнений в том, что это самое дерево — живое, почему-то не возникало.
Далеко не сразу мне удалось прийти в себя после испытанного сильнейшего удивления, граничащего с шоком. А когда это, наконец, произошло, я принялась медленно осматриваться, отмечая все новые и новые странности. Но по сравнению с обнаруженным под землей внушительных размеров деревом, мой мозг их просто констатировал, не впадая при этом в панику. Ну, подумаешь, пол устилает живой ковер из мха; ну стены заросли каким-то вьющимся колючим растением так, что под ним их самих не видеть; ну черный потолок над головой, далекий словно самое настоящее небо, усыпан точно звездами яркими сияющими белыми и голубыми искрами… Пф, ерунда какая!
— Пришла в себя, или тебе дать еще немного времени здесь освоиться? — прозвучал мягкий голос рядом, заставив испуганно шарахнуться в сторону, потому что со всеми этими эмоциональными встрясками я совсем забыла, благодаря кому оказалась здесь.
Сделав глубокий и успокаивающий вдох, я сначала отрицательно покачала головой, а потом облекла свои действия в слова, сказав:
— Мне не нужно время. Я порядке. Зачем вы звали меня?
Стоящая рядом жрица промолчала, глядя на меня из глубин своего капюшона, и я с трудом удержалась от того, чтобы не поежиться. Может глаз ее я и не видела, но вот цепкий взгляд ощущала словно прикосновение на коже. Не самое приятное чувство, скажу я вам!
— Что же, раз ты готова меня выслушать, идем, — капюшон моей собеседницы чуть качнулся, словно та кивнула головой. Хотя, может, так оно и было, но поскольку скрывавшие женщину свободные одежды не позволяли видеть и оценивать язык ее тела, мне оставалось ориентироваться лишь на сказанные той слова.
Жрица первой двинулась вперед, и мне ничего не оставалось, как последовать за ней: мысленно гадая, куда же та меня ведет?
Как оказалось — к дереву, среди корней которого, также поросших мхом, и предложила мне устроиться. Сама же осталась стоять и жать, пока я найду, куда присесть.
Это не отняло у меня много времени. Покрутив головой по сторонам, я шагнула к приглянувшемуся корню. Сев так, чтобы не мешало платье и была возможность прислониться спиной к стволу древесного исполина, спросила:
— Что это за место?
— Здесь находится сосредоточие этого мира. Сердце, если угодно.
— А вы?
— А я его хранитель и проводник, — в голосе говорившей женщины мне послышался намек на улыбку.
— Проводник? Между кем и кем?
— Между этим миром и населяющими его разумными существами. Без меня, ни итри, ни щатри, не услышат воли того, кто дал им жизнь и дом.
