Вот только подумать-то подумала, но предпринять ничего не успела, потому что над головой вдруг бабахнуло так, что у меня в голове зазвенело, а мелькнувшие следом ослепительно-белые молнии едва не лишили зрения.
— Майсар, ты совсем спятил что ли, отзови стихию! — покосившись на уже практически совершенно черные небеса, потребовал блондин, которого, как я запомнила, звали Дарлан.
Напуганным или хоть сколько-нибудь встревоженным он не выглядел, а вот остальные плащеносцы, которые в отличие от уже знакомых мне мужчин так и не сяли своих капюшонов, определенно стали проявлять признаки беспокойства.
Как ни странно, синеглазый метатель громов и молний послушался своего товарища, и темнота стала рассеиваться, однако взгляд, как и слова на незнакомом мне языке, который тот бросил остроухому (прежде, чем развернуться и уйти), подсказали, что, возможно, еще ничего не закончилось. Вполне возможно, эти двое позднее все же решат выяснить отношения иным способом, кроме словесного.
Проводив взглядом свою гипотетическую пару, лаконичные движения которой довольно красноречиво свидетельствовали о том, насколько мужчина был не в духе, повернулась к эльфу и задала вопрос, который уже давненько крутился у меня в голове:
— А кто вы, собственно, такие, господа?
— Мы — Следящие, — посмотрев на меня неожиданно серьезно, сообщил тот, а потом добавил, не дав мне и рта раскрыть:
— Подробностей, вам знать не полагается, госпожа Избранная. Уж извините!
— А что мне полагается? — вновь начала заводиться я, услышав такой ответ. — Для чего меня выдернули из привычного мира и отправили в странствия по мирам? Кто-нибудь спросил, надо ли мне вообще все это? Я домой хочу, ясно?
— Тише! — неожиданно мягко произнес Дарлан, делая несколько шагов навстречу и кладя ладони на мои плечи. — Я отвечу на ваши вопросы, госпожа Избранная. Во всяком случае на те, которые можно.
Очередным усилием воли я призвала себя к спокойствию, а потом тихо произнесла, мысленно сама удивляясь тому, что решила поделиться наболевшим с совершенно незнакомым мне мужчиной:
— Я так устала, вы даже представить себе не можете насколько. Вроде и прошло не так много времени, с тех про как я вынужденно покинула свой мир, но столько всего плохого успело случиться, что в пору за голову хвататься. Меня душили, пытались поджарить молниями и заморозить. Сердце одного из миров, опять же, пожелало со мной пообщаться и вывалило на мою бедную голову кучу вероятностей развития моего будущего. И вдобавок, как будто этого было мало, местный правитель приперся делать мне предложение стать его второй женой, а сделал он его весьма странным образом и в странном виде. Но апофеозом всему стало посещение этого мира, где меня едва не убили и не сотворили вещей еще более страшных, только потому, что местным понадобилась информация о представителе расы, о которой я вообще слыхом не слыхивала! Ну, за что мне все это, а? Вы можете ответить? Я ведь, вроде, и не так много грешила в своей жизни, чтобы теперь так расплачиваться за свершоное.
— Я постараюсь вам ответить и объяснить то, что можно, — вздохнув, произнес эльф, практически повторив мне то, что говорил раньше, — а вам нужно попытаться успокоиться.
Согласно кивнув, прикрыла глаза и сунула руки в карманы, дабы тот не видел моих сжатых в кулаки пальцев, и одна из рук тут же уперлась во что-то. Удивившись, разжала пальцы и принялась ощупывать предмет, который лежал в кармане. А тот оказался… штурком. Да, да, тем самым, с шестью камушками, что подарил перед расставанием исс Лейд.
На моих губах сама собой появилась слабая улыбка, а пальцы вновь жались в кулак, пряча вещицу внутри. То состояние дикого напряжения, что ощущалось во всем теле все это время, начало потихоньку отпускать и, думается мне, не просто так. Подарок альдора каким-то образом способствовал этому.
— А у вас неплохо получается! — услышала я слегка удивленный голос у себя над головой.
— Вы о чем сейчас говорите? — спросила, непонимающе посмотрев в ясные глаза эльфа.
— О том, что вам, госпожа Избранная, довольно быстро удалось взять себя в руки.
Я только плечами пожала, не став признаваться, что именно помогло мне сделать это.
— Значит, не скажете, в чем ваш секрет? — правильно понял мою пантомиму Дарлан. — Что ж, не стану допытываться. Но тогда, быть может, вы согласитесь ответить на другой мой вопрос?
— На какой?
— Вы сказали, что правитель одного мира пришел делать вам предложение странным образом и в странном виде. Не расскажете подробнее?
— Да, что там рассказывать, — закусила я губу дабы не начать хихикать, вспомнив, как все было. — Пришел ночью, хотя его никто не звал; произнес совершенно непонятные для меня слова про хранительницу его сердца, духа и разума; а после, просто взял и скинул всю одежду, следом за чем попытался ничего не понимающей мне вручить ритуальный кинжал. Для какой цели — не ведаю. Я не стала спрашивать, а он объяснять, потому как ситуация была, мягко говоря, нестандартная.
— О, как? — весело сверкнул глазами мой собеседник. — И, чем все закончилось?
