— Нет, солнышко, не пойду. Даже не хочу ничего слушать, чтобы не обижать никого отказом.
— Понятно, — опять повторила она. Больше она не произнесла ни слова до самого конца оформления моего выхода из гильдии. Заняло это у неё минут семь-восемь. И то так много времени ушло из-за того, что она тянула время. Наконец, все формальности были закончены. Нейфиса закрыла фолиант с записями, взяла тоненький пергаментный свиток, посмотрела на меня и натянуто улыбнулась. — Будем рады вновь видеть тебя в нашей гильдии. Этот документ хранит важные сведения о твоей жизни и службе в гильдии авантюристов Тирикуаны. Возможно, однажды пригодится. Ну, или будет памятью. До свидания, Святовит.
— До свидания, Нейфиса, — ответил я ей, а затем, не обращая внимания на взгляды окружающих, притянул её к себе и впился в её рубиновые губки. Несколько минут мы существовали только друг для друга, слившись в жарком поцелуе. Девушка первая отстранилась от меня. Больше я не сказал ни слова, повернулся к ней спиной и вышел на улицу.
Что ж, очередная веха моего пути пройдена.
— Она в тебя влюблена по уши. Святовит, — произнесла Олеся, когда мы отошли от здания гильдии на сотню шагов.
— Это всё моя аура и инкубовские способности. Плюс, эффект от лорда демонов, — ответил я ей.
— Это ерунда, — не согласилась она со мной. — Просто, ты очень хороший человек и женщины это чувствуют, тянутся к тебе и влюбляются до головокружения.
— От человека во мне осталось вот столечко, — я показал ей крохотный просвет между большим и указательным пальцами. — Куда больше во мне демонического и от эльфов.
— Человечность не рогами или ушами определяется. Это в сердце.
— Ладно-ладно, уговорила, — улыбнулся я ей, — я очень хороший человек.
Не зная, чем заняться после увольнения из рядов авантюристов, я отправился в торговую часть города. И первым, кого там встретил, был Гра’Шаард. Демон успел продать часть вещей к этому времени, найдя оптового покупателя на почти всё двуручное и парное оружие. Вместе с ним мы за полтора часа закончили все запланированные дела, и вернулись в гостиницу. А спустя ещё три часа пришли и девушки. Злые до невозможности, глядящие друг на друга по-волчьи. И взглядами дело не ограничивалось. Они ещё и «комплиментов» с придирками не жалели, щедро награждая ими друг дружку.
— Что у вас произошло? — вдохнул я.
— Да она…
— Эта…
— Они…
Если кратко, то они просто не сошлись во мнениях, с чего начинать посещение лавок, что брать, как торговаться, кому продать одну вещь, а кому её лишь показать, а скинуть в другом месте. А самое главное — кому достанет та или иная покупка. Например, за пару зачарованных серёжек самурай и ши’эйга чуть не подрались прямо в магазинчике. Что самое важное, эта безделушка повышала совсем не боевые навыки, а Харизму, Влечение и усиливала мужское внимание к её носительнице. Потом не поделили одно единственное платье, что приглянулось сразу всем троим. После — плащ и сапожки.
Гра’Шаард позорно сбежал из номера, оставив меня усмирять злых девушек. Олеся устроилась в кресле в углу комнаты и прикрылась отводом взгляда, мол, никого здесь нет, и на меня рассчитывай только в самом крайнем случае.
Как просто было бы прикрикнуть на эту шальную разошедшуюся троицу и парой фраз, оформленных в виде приказа, заставить их умолкнуть. Но это было бы не только неправильно, но и вредно. Особенно в отношении Фаранги. Вот и пришлось мне потратить уйму времени, превратившись в дипломата и советника, находя нужные слова для того, чтобы довести до девушек, что Рапунцель и Сцитте серёжке совсем не идут, а Фаранге из-за рогов лучше не носить ту головную ленту с монисто, а взять что-то другое. Но самая главная и мощная уступка с моей стороны заключалась в обещании уделить каждой из девушек день со мной. Под этим обещанием я подразумевал — и уточнил специально для озабоченных Рапунцель с демоницей — поход по магазинам, в ресторан, прогулку, например, по набережной и так далее. Это стало контрольным ударом по плохому настроению помощниц и привело их к примирению.
«Уж лучше ещё раз выйти на поединок против Чёрного герцога, чем поработать миротворцем для женской компании», — вздохнул я про себя, когда проблема была решена.
