Во взгляде Алонзо и капитана мелькнуло облегчение. А вот со стороны самураев, которые слышали наш разговор, потянуло опаской и тоской. Их чувства понятны без слов: волнуются, что именно они и останутся на шхуне. Чтобы не играть на их нервах, я повернул голову в их сторону и ободряюще улыбнулся, глазами говоря «вы со мной». В ответ пришла буря восторга и обожания, которую захлестнула волна кровожадного ожидания кровавой схватки.
За две минуты я поделил свою команду на тех, кто останется здесь, и кто отправится со мной захватывать чужое судно. Впрочем, особых вариантов не было. Там мне понадобятся самые сильные бойцы. Здесь же львиную долю вражеского натиска примет на себя команда шхуны. И потому на борту остаётся Нэйфиса, Рапунцель, Сцитта и Олеська. Шивани больше пригодилась бы мне там, но кто-то должен был присматривать за оставшимися девчонками, среди которых не было ни одной носительницы боевого класса.
Стоит добавить, что Рапунцель не удержалась и высказалась в своей привычной манере, ну, или у неё из-за волнения случилось обострение, так сказать, недавнего слабоумия, вызванного тысячелетним пленом и мгновенной потерей опыта перед пленением:
— Если ты, муженёк, опять какую-то бабу с собой притащишь, то я с тобой разведусь. Но перед этим налью тебе кислоты в штаны.
— Следите за ней, чтобы не лезла в самую гущу, — не обратил я внимания на её угрозу. — Она это любит.
— Я прослежу, обещаю, — единственная из всех ответила мне Олеся.
Уже перед тем, как вызвать грифона, ко мне подошёл Димка и сунул в руки два небольших цилиндра, выточенных из голубоватой кости, размером с сигару. Каждый был заткнут притёртой пробкой из того же материала. Со стороны эти цилиндры выглядели, как контейнеры с пороховым зарядом, которые в старину носили на «берендейке» стрельцы.
— Игорь, держи. Здесь запечатаны духи, которые выпивают любую сильную магию в радиусе сотни шагов. Они тебе пригодятся, чтобы снять невидимость и защиту с вражеских кораблей. До них отсюда километра три, может, четыре. Тебе нужно пролететь минимум два и выпустить духов на свободу. Они обязательно почувствуют источник активной магии — невидимость или защитный полог, и устремятся туда. Если очень повезёт, то они вытянут и часть энергии из личных амулетов экипажей кораблей, — произнёс он мне. — Только учти — минимум два километра, а лучше больше. Иначе эти твари, — он указал на «костяшки» почувствуют магию на нашем корабле.
— Наши амулеты не сожрут?
— Нет, насчёт этого не волнуйся. Там всё продумано в пользу владельца и его окружения, главное, подальше от шхуны открывай.
— Я понял, Дим. Спасибо.
— Не за что, — отмахнулся он, а потом быстро обнял меня, для чего ему пришлось сильно наклониться. — Игорян, будь осторожен там, ага? Была бы у меня хрустальная жизнь, то дал бы. Но — увы. И пойти с тобой не могу.
— Дим, я справлюсь. И вообще, это старшему брату полагается защищать младшего, — чуть ворчливо произнёс я и ободряюще похлопал его по спине.
— Ну, всё, ни пуха — ни пера, — распрямился он.
— К чёрту!
Я призвал грифона прямо на корабле, где он уместился с большим трудом. Быстро забрался на место наездника, после чего протянул руку Мии:
— Держи, я помогу.
Девушка со своими характеристиками справилась бы с этим плёвым делом даже быстрее меня. Но мой жест был, так сказать, данью вежливости и эдаким знаком внимания, моего расположения.
После того, как генеральша оказалась за моей спиной, я дал команду грифону, и тот прыжком покинул палубу. Оказавшись на просторе, он распахнул призрачные чёрные крылья и резко взмыл вверх. Такой вираж заставил Мию теснее прижаться ко мне и обнять руками. Доспехов ни на ней, ни на мне не было, так что, я отлично чувствовал все её прелести.
«Это классно заводит, блин, но не сейчас же», — подумал я, с большим трудом усилием воли туша вспыхнувшее возбуждение. Что поделаешь, некоторые особенности демонической крови иногда бывают неуместными.
А пока я боролся с неуместными — но, чёрт побери, такими приятными — желаниями, маунт сделал круг вокруг корабля, в районе кормы снизился и совершил стремительный рывок, выставив впереди себя лапы с растопыренными пальцами. Миг — и в них оказались крепко зажаты самураи.
Спустя полминуты грифон забрался высоко в небо и понёсся, как стрела в том направлении, откуда к нам приближались скрытые магией корабли неизвестного противника.
Пара километров пронеслась в одно мгновение, потом ещё один, и только после этого я отдал приказ маунту остановиться. Тот завис в воздухе, изредка совершая быстрые взмахи крыльями, то чуть проваливаясь вниз, то взлетая на несколько метров.
Достав сосуды с духами, я поочередно и не без внутренней дрожи выдернул пробки. На краткий миг появилось ощущение, будто я прикоснулся кончиками пальцев к оголённым проводам под слабым напряжением.
— И? — пробормотал я. От столь могущественных предметов я ожидал более, так сказать, зримых эффектов.
— Смотри туда, — Мия потянула меня за плечо влево, в сторону нашего корабля. Несколько секунд я водил взглядом по морской глади, пока не увидел нечто интересное.
