Квинтэссенция полностью

Потому что где-то в лесу блеснула яркая вспышка.

Альма внезапно затормозила.

Хьюго и Ширин, не заметив, что она остановилась, покатили дальше.

– Что делать? – прошептала Альма себе под нос.

А затем…

Свет появился снова, но теперь глубже, в лесной чаще.

Он был медного оттенка и оказался совсем не таким, каким Альма увидела его впервые. То сияние затмевало все вокруг: оно заставляло ее зажмуриться и обжигало лучами, которые не сдержать и от которых не скрыться.

Этот свет вспыхивал, мерцал, разбрызгивался. Он горел еле-еле и, как показалось Альме, почти погас.

Отблеск удалялся все дальше и дальше, а затем исчез.

– Альма! – к ней приближалась Ширин. Хьюго не отставал. – Ты едешь назад? Мы отправляемся по домам?

– Думаю, я видела Старлинг, – тихо проговорила Альма.

– Что? Где? – воскликнула Ширин.

– Не беги, – предупредил ее Хьюго. – Давайте попробуем приблизиться к ней потихоньку.

Они спрыгнули с великов и направились в лес, на цыпочках обходя грязь и мусор, оставшийся после зимы. Хьюго взял квинтескоп и вел их по золотому следу. Альма едва осмеливалась дышать, заходя все глубже и глубже.

Хьюго остановился.

– След обрывается здесь, – тихо проговорил он. – А вдруг она снова взмыла в воздух? Я не уверен. Возможно, когда мы вернемся завтра, чтобы осмотреть пещеры, то сможем обыскать и эту часть леса.

Альма почувствовала, как внутри горит ее собственный свет и как день ото дня растет ее собственная квинтэссенция. Она становилась храбрее, мудрее, счастливее и заводила друзей. Альма никогда бы не подумала, что так сильно изменится.

И все это благодаря Старлинг. А где-то там, далеко в лесу, звезда угасала. Что будет, задавалась вопросом Альма, если свет исчезнет совсем?

Разве можно позволить, чтобы Старлинг погасла, а сама она продолжила сиять? Нельзя было опускать руки.

– Нет, – сказала Альма. – Я не пойду домой. Нужно спуститься в пещеры. Сегодня.

Альме не удалось до конца убедить Ширин и Хьюго, хотя после ее уговоров ребята все же согласились поехать к пещерам, но не заходить в них. После разведки можно было решать, что делать дальше.

Они продолжали ехать, а дома редели и стояли все дальше друг от друга. Участки земли, которые они занимали, заросли; на них были деревья, пруды и очень много места: домовладельцы вряд ли сами знали, что вообще происходит у них на заднем дворе.

– Это дом Дастина, – тихо проговорил Хьюго, когда они проезжали мимо небольшого кирпичного здания, стоявшего в отдалении от дороги и окруженного колючими соснами и оголенными дубами. На одном из дубов был старенький домик, который заинтересовал Альму. Вот только она не могла себе представить, что Дастин играет в нем.

– Уф! – воскликнула Ширин. – Даже не упоминай его имя.

Наконец ребята подъехали к развилке, которую помнил Хьюго, и свернули на утрамбованную земляную тропинку. Вокруг них выросли деревья, заслоняющие сияние звезд. Альма переживала, что в безлунной тьме они пропустят пещеры, но волноваться было не о чем.

Тропинка обрывалась прямо у зияющей черной дыры входа в пещеру. Скала над входом в полутьме смахивала на фиолетово-черный синяк. Никаких табличек не было, но на каменной стене кто-то нацарапал: «Дип-Даунс».

– Похоже, это оно, – голос Альмы дрожал от страха. – Я пошла.

– Тебе нельзя идти одной, – сказала Ширин, но осталась на своем велике в добрых двенадцати метрах от входа.

– Никто внутрь не пойдет, – произнес Хьюго. Он стоял не так далеко, как Ширин, но и близко не подходил. – Мы собирались просто осмотреться, помните?

– Я не буду заходить далеко, – ответила Альма. – Пройду всего несколько метров – и все. Просто хочу посмотреть, что в пещере. Потом решим, что делать.

Пока Хьюго не начал протестовать – и пока она сама не потеряла самообладание, – Альма схватила фонарик и квинтескоп и кинулась внутрь.

Пахло в пещере так себе. Стоял тяжелый смрад – смешанный запах влаги, грязи и гниения. Вонь будто говорила о том, что людям лучше держаться от этого места подальше.

Здесь, под землей, было темно. Тьма была настоящей, почти осязаемой. Если бы им понадобился такой элемент, нашли бы они его именно в Дип-Даунсе.

Альма все время оглядывалась на выход из пещеры – окошко, в котором виднелось чернильное небо, сияние звезд и силуэты деревьев.

Хоть Альма и сказала, что зайдет внутрь всего на пару метров, у нее были другие планы. Она собиралась идти, пока не найдет истинную землю. Ширин получила воду – и она сама сияла изнутри, когда закупорила ее. Хьюго… ну, сомнений нет, что его элемент – это ветер. По его словам, Дастин похож на землю, но он не был частью их компании, пусть раньше и дружил с Хьюго.

Альма знала, что земля – ее элемент. Во всяком случае так должно быть. Сейчас ее очередь.

И кроме того, она не могла справиться с ощущением, что больше остальных отвечает за Старлинг. Именно Альма видела падение звезды. Именно она знала, каково это – заблудиться, чувствовать себя одиноко и бояться, что твой свет погаснет окончательно и навсегда.

Альма просто обязана была пойти, даже если остальные испугались.