– У меня тоже порядок. Владею собственным рестораном на набережной…
Он рассказывал о своем бизнесе, жене, детях, а я слушал вполуха, потому что, откровенно говоря, мне было малоинтересно, что происходит у него в жизни. Связь между нами была утрачена еще тогда, когда Клифф получил травму и закрылся от всего мира. Сейчас я понимал, что это была защитная реакция. И, если бы, например, Уилл попал в подобную ситуацию, вряд ли бы я оставил его, как оставил когда-то Клиффорда. Я бы настойчиво таскался к нему, пока он не смирился с мыслью, что я никуда не денусь. Когда у Клиффа случилась травма, я был молод и глуп, чтобы осознать, что друг во мне нуждается.
Новая квартира Джилл значительно уступала дому, в котором она жила с мужем. Но обстановка и цветовая гамма были очень похожи. Как только все коробки были внесены, я сделал шаг к двери, отступая к ней спиной.
– Может, выпьем пива? – предложила Джилл, глядя то на меня, то на Клиффа. – Отметим начало моей свободной жизни, м?
– Конечно, выпьем! – радостно отозвался Клифф и посмотрел на меня. – Я Мэтта сто лет не видел, интересно было бы пообщаться.
Я молча кивнул, раздосадованный тем, что не нашел в себе сил отказаться. Мне бы свалить из ее дома, потому что все это ощущалось неправильным. Да и с Клиффом мне, откровенно говоря, общаться было уже особо не о чем. Но почему-то я все равно прошел в гостиную и сел в широкое кресло. Джилл тут же вложила мне в ладонь бутылку холодного пива и приземлилась на подлокотник рядом. Я слегка нахмурился. Она нарушила мое личное пространство, даже не позаботившись спросить, не против ли я. Это все было так странно для меня.
В последние годы никто так не поступал. То ли людей отпугивала моя мрачность, то ли взгляд давал ясно понять, что я не приемлю панибратства. Но даже девушки, претендовавшие на ночь со мной, не подходили настолько близко, чтобы вторгнуться в личное пространство. Джилл, судя по всему, считала, что до сих пор вправе так поступать. Оставался открытым вопрос, почему я никак не показал ей, что мне это неприятно? Просто продолжал сидеть молча, пить пиво, вдыхать запах таких знакомых духов и слушать ностальгические воспоминания моих старых друзей.
– А у тебя как на личном фронте, Мэтт? – спросил Клифф после подробного рассказа о себе. – Женился?
– Мэтт у нас по-прежнему свободный мужчина, – мурлыкающим голосом ответила за меня Джилл, проводя по коже моей головы ногтями.
Это был такой до боли знакомый жест. В меня внезапно ударило ощущение, словно мы вернулись на несколько лет назад. Как и тогда, мы втроем сидели и пили пиво, а где-то неподалеку от нас крутилась девушка Клиффа, подбадривая свою подругу, которая играла в бич-бол. Мне казалось, что я даже мог услышать шум волн, накатывающих на песок, и почувствовать запах костра, на котором жарили сморсы.
Я прикрыл глаза, полностью отдаваясь этому ощущению. Тогда единственной заботой было удачно сыграть на отборочных играх и пройти в драфте. Об остальном беспокоились преподаватели, родители – хотя о моих такое можно было сказать с натяжкой, – и моя девушка.
Джилл была прилежной студенткой, старостой группы, активисткой. Еще в университете она начала свою журналистскую карьеру. Уже тогда она бегала на все игры всех команд – футбольной, бейсбольной, баскетбольной, волейбольной, – брала интервью у игроков и тренеров, печаталась в университетской газете. Джилл стала руководителем союза студентов. Везде, где нужно было громко говорить и организовывать толпу, везде предводительствовала Джиллиан Сандерс. Она же и помогала мне с учебой. Сначала пыталась помочь мне освоить материал, но, когда каждая такая встреча заканчивалась горячим сексом прямо на учебниках, сдалась и начала договариваться с преподавателями о моих оценках. Не знаю, как она на них влияла. Может, у нее какой-то компромат на них был, но я продолжал получать стипендию, трахать Джилл и играть в футбол. Даже сейчас я мог сказать, что с девушкой в университете мне повезло. Не знаю, где бы я был, если бы не она. Благодаря ее заботе я мог спокойно сосредоточиться на футболе и не думать больше ни о чем.
Тем сильнее я чувствовал себя виноватым, когда расставался с ней. Но к тому моменту так было нужно. По крайней мере, мне так казалось. Она стала требовать все больше внимания, которое я ей не мог дать в силу своей занятости. К тому же, передо мной все время маячил пример отца, который из-за семьи не смог построить карьеру футболиста. Это сейчас я был умным и видел множество примеров членов своей команды, которые успешно совмещали семью с карьерой, а тогда мне казалось правильным поступить так, как я поступил.
– Мэтт, – услышал я на ухо тихий шепот, мягкие губы прошлись по кромке уха. Я улыбнулся, растворяясь в этой нежной ласке, а потом внезапно вспомнил, где нахожусь.
Я распахнул глаза и обвел взглядом пустую комнату.
– Где Клифф?
– Уехал пять минут назад. Ты уснул.
– Вот черт.
