Разочаровывать Маргарет было очень жалко, но пришлось ей объяснить, как обстоят дела на самом деле. Но по правде, участники проекта и сами не знали, во что ввязались и что из этого выйдет. Ясно было одно: эта затея с расшифровкой письменности инопланетян — чистая авантюра. Как только в руководстве сообразят, что ситуация абсолютно тупиковая, так прощай лагуна!
— Ну, Моррис, что у тебя за новости? — поинтересовался Боб.
— У меня две новости. Одна хорошая, другая плохая. С какой начать?
— Давай с плохой.
— Меня уволили. Причин не объясняют: пришла депеша сверху. Кто-то, я полагаю, нажаловался. Я уж думаю: не док Шварцбацль? Он, наверно, сообразил, что я нарочно подал ему такой горячий кофе и сливок пожалел.
— Не думаю. — ответил Коэн. — Отто у меня в подчинении. Как он может принимать собственные решения?
— Как мне жаль тебя, Соломон. — проронила Маргарет. — Тебе не хватает искушённости в человеческих низостях.
— Значит, ты от нас уходишь? — спросила Нэнси.
— Вовсе нет. Меня тут же перехватила контразведка Спацаллани. Теперь я буду шпионить за вами.
— Что за глупость?! — вскричал Айрон. — Как такое может быть?! Разведка Спацаллани должна быть в курсе, что мы с тобой старые знакомые. Ты не можешь быть с их точки зрения надёжным агентом.
— Вот и я думаю, что знаю о методах шпионажа гораздо меньше, чем предполагал. — признался Моррис. — Но кто-то распорядился именно так. Я предпочёл не сопротивляться. По крайней мере, я попал в вашу компанию.
— А какая новость хорошая?
— А! Ну, это действительно хорошая новость, хотя и неожиданная. За две недели, что я провёл тут в качестве главы Первого Отдела, я переворошил все базы данных о сотрудниках Комплекса и его поставщиках. Конечно, особого доверия этим базам нет, всё-таки официальные данные. Где-то должны существовать тёмные файлы. И вот, представьте, что за имя я встретил среди подрядчиков строительства. Он руководил строительством большей части комплекса и заработал на этом колоссальные деньги. Это Заннат Ньоро.
Все молчали, не зная, как понимать эту новость.
— Даже не знаю, хорошо это или плохо. — пробормотал Мелкович.
— Это всё становится очень подозрительно. — сказала Нэнси. — Словно кто-то целенаправленно собирает нас в одно место. Уже восемь человек из списка вы знаете, какого.
— Я думаю, как раз не очень подозрительно. — возразил Моррис. — Ньоро здесь работает с начала строительства. Он руководил работами ещё до того, как Спацаллани перекупил этот Комплекс. Джед с Уиллом напросились сами, как и Мелковичи. Маргарет приглашена по настоянию Айрона. Так что подозрительно обстоят дела только в отношении Коэна и меня. Даже ситуация сходная. Приблизительно полгода назад у меня начались неприятности. Провалились одна за другой три операции, причём по неясной причине. Потом меня перебрасывали с места на место. И вот я получил назначение сюда, куда ни один сотрудник разведки не стремится. И тут же получил отставку. Не делаются так дела в разведке.
— Мы ещё не знаем, как попал сюда Рушер. — пробормотал Коэн. — Вы знаете, мне сегодня стало его жалко.
— Пожалела мышка кошку. — с насмешкой сказала Маргарет.
— И где сейчас Ньоро? Можем ли мы ему доверять?
Моррис пожал плечами.
Все опять примолкли. Неприятно думать, что Заннат может быть замешан в какой-то афёре и быть на стороне Спацаллани. Но следует признать, что жизнь полна сюрпризов.
— Если я не ошибаюсь, — снова заговорил Моррис. — и чья-то воля собирает нас вместо, то Заннат попадёт в нашу компанию, будем мы искать с ним встречи или нет. Я предлагаю не искать. Вот и посмотрим.
— Я всё равно буду рад встретить его. — признался Ааренс. — Не то что Рушера.
— Рушер, Рушер. — вздохнул Моррис. — Недаром мне снилась плавильня.
У Айрона было больше всех опыта в расшифровке древних текстов. Но в проблеме оказался неожиданно полезным и ещё один человек. Как ни странно, это был Моррис. Он сподобился до последнего назначения работать в шифровальном отделе в своей спецслужбе, и сразу предложил перестроить таблицы по новой схеме. Выявилось, что символы группируются по нескольку в одну связку. Связка изменялась при движении и обязательно восстанавливала форму через определённый промежуток. Все занялись очень нудным делом: требовалось собрать алгоритм всех перестановок символов в связке. И записать звучание — вдруг что получится.
Это был кошмарный труд. В связке находилось двенадцать символов. Чтобы записать и выслушать все перестановки понадобится целый год. А таких связок — сотни!
— Нет, это невозможно. — сказал Айрон, снимая наушники. — Я уже не различаю тонов. Одна какая-то сплошная алилуйя.
— А может и не надо всё делать ушами? — тоже остановила работу Маргарет. — Давайте просто сверять графики звуковых колебаний.
Айрон вздохнул. Придётся снова контактировать с Рушером. Он что-нибудь опять придумает и осуществит идею.
