В ночной вылазке не участвовали ни обычные люди, ни светлые, потому его аура смерти никого не пугала, скорее, наоборот, разжигала интерес. Тем паче не было среди ночных стражников хорошо обученных сильных некромантов. Лео постоянно ловил на себе взгляды. Пред внутренним взором чужая заинтересованность расцветала темными цветами самых различных оттенков. Лео знали немногие, но слышали о нем, похоже, все. Даже умудрялись восхищаться. И это было хорошо: не пользуйся Лео определенной славой в кругах темных жителей города, никто не стал бы утруждаться, чтобы забрать его из лаборатории. Да и сам патруль вряд ли выехал столь стремительно на основании одного лишь заверения духа-охранителя, будто с его вторым хозяином случилась беда.
Уже после, когда они неслись по ночному городу, от связного пришел сигнал о множественных обращениях в ночную стражу. Один, не в меру дотошный маг иллюзий даже прислал визуальную картинку, запечатлев в памяти увиденное: а именно пронесшуюся мимо его окон карету, обстреливаемую из ручных мортир огненными шарами. Один, пролетев карету насквозь, угодил в окно ни в чем не провинившегося горожанина. Оттуда тоже пришел вызов, но уже в пожарную башню.
Внезапно стон прокатился по всему фургону. Кто-то особенно чувствительный схватился за виски, другие просто застыли с окаменевшими лицами. Лео придержал дыхание и приоткрыл рот, ослабевая разницу между внутренним и внешним давлением. Юный паренек, сидящий напротив, сглупил или не успел, либо не знал о столь простом, но действенном методе, и теперь запрокидывал голову и зажимал нос платком, стремясь поскорее унять кровотечение из левой ноздри.
— Ничего ж себе! — сосед справа ткнул Лео в плечо.
В другое время он не стерпел бы подобного панибратства. Сейчас же откинул капюшон и произнес тихо, но так, чтобы услышали все присутствующие:
— «Последний довод». Надеюсь, мне не нужно объяснять, что это значит?
— Такой силы?! — изумился сосед и заметно даже в полумраке фургона побледнел. — Или… — он не договорил, но Лео и так понял, о чем подумал стражник.
— Мой воспитанник жив, — Лео прислушался к ощущениям: — Заклинание зацепило дикий могильник. Довольно старый и неактивный. Странно, что не нашли раньше.
— Зато теперь разгребем, — недовольно буркнул офицер, сидевший через два ряда возле кучера.
— Это уж само собой, — прошептал Лео.
— Поторопи кошечек! — приказал офицер, державшему поводья стражу.
Тот кивнул, сосредоточился, передавая мысленную просьбу, и четверка барсовоков взяла такой темп, что Лео вжало в спинку сидения, да и не его одного.
— Молодцы, родненькие! — приободрил кто-то, и барсовоки еще чуть увеличили скорость.
Эти звери выводились как спутники темных магов и всецело были настроены на их эмоции и ментальность. А доброе слово, как известно, кошке особенно приятно. С ним могло сравниться разве лишь почесывание под подбородком.
«Мрысь всегда млел, когда Кай к нему прикасался, — некстати подумал Лео. — Кай…»
На месте пробудившегося могильника происходило еще что-то. Определить Лео не мог, он и до конца понять был не в состоянии. Пространство и время словно сплелись и опрокинулись внутрь себя. А вместе с ними исчез Кай. Кай, которому еще мгновение назад точно ничего не угрожало!
— Минутная готовность! — произнес офицер.
— Мать-перемать, — ругнулся сосед.
Он не обладал повышенной чувствительностью, перевернувшаяся карета вряд ли могла вызвать подобную несдержанность (на такой работе и к расчлененным трупам привыкаешь быстро), но соседу хватило вида распластанных на дороге наделавших в штаны, умытых рвотой и слюнями тел. Вроде, живых, но за их душевное состояние Лео не поручился бы. Он, пожалуй, порадовался тому, что возиться с наемниками придется не ему. А вот ночным стражникам оставалось лишь посочувствовать.
Наконец, фургон затормозил возле перевернутой кареты. Дисциплинировано, не мешая друг другу, из него высыпали стражники. Было успокоившиеся лошадки, дернулись, но вовремя подскочивший к ним офицер, нацепил им на глаза специальные шоры. Гнедая пара застыла на месте, словно неживая. На самом деле заснула — все лучше, чем биться в приступе страха из-за присутствия хищников. Лошадкам и без того теперь долго отходить от пережитого потрясения. Ну а стражники обратили внимание на людей.
Особенно впечатлял лысый, как коленка, мужик, бегающий от одного едва шевелящегося тела к другому, бухающийся перед каждым на колени и колошмативший дорогу кулачищами. Костяшки мужик сбил в кровь, но, похоже, не заметил этого. Чуть менее, но тоже привлекал внимание абсолютно седой молодчик с лицом, чем-то напоминавшим крысиную морду. Он сидел на дороге, раскачивался вперед-назад и завывал:
— Керст-крест…
