Он смотрел прямо на неё без тени улыбки, прожигал своим напряжённым взглядом, а она была не в силах оторвать глаз от его немного осунувшегося с их последней встречи лица. И, конечно, для Гермионы не было неожиданностью, что в мгновенье ока к ней, словно на бис, вернулись все главные действующие лица её собственной внутренней трагедии под названием «разочарование»: гнев, сковывающий тело, отчаяние, поселившееся в груди, и боль, много боли, затопившей всё её существо.
Она смотрела на него, и в голове было так много мыслей, но ни одна из них не хотела обретать ясную форму. Разве что это предательское, болезненное и такое унизительное желание отчаянно броситься к нему, найти его губы своими, почувствовать жар его тела, наплевав на всё и на всех. Гермиона не думала, что всё ещё может так сильно в нём нуждаться, и не подозревала, что это будет так больно — просто стоять и смотреть на него, без права сделать хоть шаг навстречу.
Смешно: их разделяла всего пара метров, но ей казалось, что сейчас между ними пролегла целая пропасть.
Внезапно что-то в лице Драко дрогнуло, и Гермиона издала испуганный вздох, когда он сделал медленный шаг к ней. И в миг, когда она сама готова была пойти к нему, он вдруг остановился, крепко сжав кулаки, а его взгляд пронзила боль.
Было ясно, что он не может к ней приблизиться. И Гермиона, кажется, знала причину.
Горько усмехнувшись, она отвела от Малфоя взгляд, приготовившись увидеть поблизости Элису, но, кроме неприязненно смотрящей на неё блондинки, рядом с Драко никого не было.
— Чего это Малфой опять на тебя так уставился? — вырвал её из временного оцепенения раздражённый голос Рона, и она, вздрогнув, резко к нему повернулась.
Образовавшийся в горле комок мешал говорить, но Гермиона изо всех сил старалась взять себя в руки.
— Ерунда. Давай дальше танцевать, — тихо произнесла она дрожащим голосом и, замолчав, вновь встала с Роном в пару.
К счастью, он спорить не стал, и уже в следующую секунду они продолжили движение, разве что теперь Гермиона совершенно не могла ни о чём думать, кроме Драко. Внезапно руки Рона, которые она ощущала на своём теле, показались слишком тяжёлыми и до боли чужими. Хотелось сбросить их, избавиться от этого гнетущего контакта, ведь в этот миг воспоминания об объятиях Малфоя со всей жестокостью обрушились на неё, и она не могла отделаться от ощущения, что находится в тесной близости не с тем мужчиной.
И тут Гермиона неожиданно поняла, что стоит ей снова прикоснуться к Драко, ощутить его тело, прижатое к её собственному, она не захочет его отпускать. Но, так как сделать это всё-таки будет нужно, лучше тогда и вовсе не дотрагиваться. Но ведь это невозможно?
Ответ утвердительный, а оттого горький.
Вдруг музыка стихла, и взоры всех волшебников обратились к Стефано, который начал говорить:
— Итак, я вижу, что вы научились искусству венского вальса! Теперь же осталось запомнить следующее: первую восьмёрку вы танцуете с одним партнёром, после чего дамы идут против часовой стрелки, а кавалеры — по часовой основным вальсовым ходом на четыре счёта. Следующие четыре такта сначала партнёр приветствует даму, а затем и дама партнёра. Далее вы начинаете снова вальсировать, но уже в новой паре. Сейчас мы с Марией, а также с двумя нашими помощниками — Алексией и Валерио — продемонстрируем то, что вам необходимо будет станцевать.
На сцену вышла ещё одна пара — грациозная шатенка и благородной внешности мулат, и преподаватели вчетвером показали, как должен выглядеть танец. Двигались они легко и воздушно, и со стороны казалось, что они парили над землёй в ритме вальса, поэтому, когда музыкальный отрывок подошёл к концу, вокруг раздались оглушительные аплодисменты.
Но Гермионе сейчас было не до этого. С каждой секундой ей становилось всё больше не по себе от осознания, что совсем скоро придётся столкнуться с Драко лицом к лицу, и она совершенно не могла предугадать свою и тем более его реакцию.
Она уже послушно шла за Роном занимать своё место, когда он внезапно произнёс:
— Ты вся дрожишь. Тебе холодно?
Гермиона нервно заправила прядь волос за ухо.
— Немного, — соврала она, зная, что ложь вышла никудышной.
— Послушай, Гермиона, мне кажется, или с тобой что-то не так? — нахмурился Рон и взял обе её ладони в свои руки. — Ты в последнее время какая-то грустная, периодически замолкаешь и думаешь о чём-то своём…
— Нет, Рон, всё в порядке, — перебила его Гермиона, заслужив благодаря этому ещё один недоверчивый взгляд.
Рон немного помолчал, всматриваясь в её лицо так, словно пытался найти ответ на свой вопрос, после чего шумно выдохнул и опустил голову вниз.
— Ладно. Ты же знаешь, что если что, можешь рассказать мне всё? — вновь серьёзно посмотрел он на неё.
Что-то внутри Гермионы дрогнуло. Бедный Рон, он даже не представляет, к чему может привести её с ним полная откровенность.
— Да.
Вторая ложь за минуту, так легко сорвавшаяся с её губ. Гермиона определённо делала сомнительные «успехи» по части вранья.
