И она, заставив себя открыть глаза, встретилась с его помутневшим от настоящей страсти взглядом. И в эту секунду поняла: они бесповоротно утонули друг в друге, окончательно захлебнулись и ушли на дно своего желания, своей похоти и своей…
Драко перестал сдерживаться, наверное, просто больше не смог. Движения участились, толчки стали настойчивей и сильнее, и теперь он уже входил в неё так глубоко, как хотела она сама. И Гермиона абсолютно потерялась в своих томных, сводящих с ума ощущениях, когда он нашёл правильный угол, правильный ритм, и она падала, падала, падала и не могла остановиться.
— Драко!
Голос слился с ветром, с шумом прибоя, с его стонами, с её дыханием, а тело трепетало, неосознанно металось из стороны в сторону от ощущения пульсирующего наслаждения. И в этот миг она не знала, где находится, но знала с кем, и это лишь ещё больше вводило в состояние исступлённого экстаза, смешанного с пониманием, что она больше никогда не сможет никому принадлежать.
Она всегда будет только его.
— Что ты сказала?
Гермиона сфокусировала взгляд на Драко. Неужели она произнесла это вслух?
Он слегка замедлил темп и, опёршись на локти, обхватил её лицо руками. В его глазах было столько потрясения, желания, теплоты — она просто не смогла ему отказать, она не хотела отказывать в том, чтобы повторить:
— Я всегда буду только твоей.
— Ещё. Скажи ещё раз, — постепенно увеличивая темп, попросил он, сильнее склонившись к её лицу.
— Только твоей. Всегда.
И она не знала, кто в следующую секунду подался навстречу, чтобы встретиться в поцелуе. Наверное, они сделали это одновременно, обнимая, притягивая друг друга ближе, сливаясь всё сильнее, настойчивей. Драко, не отрываясь от её губ, одной рукой резко схватил её волосы и намотал их на кулак, удерживая, словно боялся, что она сейчас исчезнет. Неужто он всё ещё сомневается?
И, когда его вторая рука, протиснувшись между ними, нашла заветную точку, дотронулась там, где она снова, нет — всегда желала ощущать его прикосновения, Гермиона вместе с полувсхлипом—полустоном надрывно сказала:
— Твоя… Навсегда…
Слишком быстро вокруг неё всё начало рушиться, вновь терялась реальность происходящего, и, казалось, где-то вдали она слышала слова Драко, так много слов: нужных, выстраданных, необходимых, с самого дна души, которые лишь ещё сильнее опускали её в глубины наслаждения, вожделения, желания.
Всё смешалось! Его толчки, его ласки, его голос. Её стоны, её метания, её ощущения. И, только когда она выгнулась, встречая его сильные бёдра в последний раз, чувствуя финальное движение его руки, только когда почувствовала: вот он — миг, к которому они так долго, слишком долго, бесполезно долго шли, вдруг поняла, что больше не может сдерживаться.
Они оба больше не могут сдерживаться.
А потом услышала своё имя, ощутила, как сильно он притянул её к себе, она же в ответ вжалась в его тело так, словно хотела в нём раствориться. И с последним толчком они одновременно, окончательно, бесповоротно отдались безумному, болезненному, до слёз прекрасному мигу наслаждения. Тьма поглотила их, но они так крепко держались друг за друга, что никакая сила в мире не смогла бы их сейчас разделить.
Просто они теперь знали наверняка: если им падать, блуждать во тьме — только вместе.
Вместе навсегда.
========== Глава 19 ==========
Soundtrack #1 — Eva Cassidy «Autumn leaves»
#2 — Lara Fabian «Caruso»
Она никак не могла совладать с дыханием, которое волнение рвало в клочья, и иногда казалось, она вот-вот задохнётся. С силой вдавив дрожащие пальцы в холодные камни стены, она пыталась сохранить ясность ума, пыталась не упасть и не захлебнуться ощущением, которое возникало всегда, когда он касался кожи.
Его горячие губы нетерпеливо, властно обжигали шею, продвигались ниже, к ключицам, и, когда он резко развернул её спиной, заставив прижаться к себе всем телом, она в который раз чуть ли не с отчаяньем произнесла:
— Нет, мы не можем опять…
Но, конечно, он не дал ей и малейшей возможности продолжить, потому что его руки уже бесцеремонно расстёгивали блузку, а затем, не закончив начатое, небрежно стянули ткань лифчика и накрыли груди, пропустив сквозь пальцы соски.
И снова, вместо того чтобы возразить, она только подалась навстречу его паху и тихо, бесстыдно застонала, ощущая, как сильно он хочет её.
— Прекрати это повторять каждый раз, Грейнджер. Мы оба знаем: это закончится, но не так скоро, — почти зло прошипел он ей на ухо, вжавшись в неё ещё сильнее.
— Я просто хочу быть уверена, что ты не забыл, — цепляясь за остатки самообладания, прошелестела она сухими губами, которые тут же облизала.
Она скорее почувствовала его мрачную усмешку, чем услышала в его интонации:
— Мне это нужно не меньше, чем тебе. Уговор есть уговор, помнишь? А теперь заткнись и не мешай мне продолжить то, что я с таким удовольствием начал…
И когда его пальцы опалили внутреннюю сторону бедра, она поняла, что готова молчать, лишь бы он не останавливался.
