– У меня не было выбора. Он уже что-то почуял. Если бы я не поделился с ним результатами нашего расследования, то поставил бы вас в неловкое положение.
– Вы не обязаны оправдываться передо мной, Варгас. Что сделано, то сделано. А где Фернандито? Он еще не вернулся?
– Я думал, он с вами.
– Вы чего-то недоговариваете, Варгас?
– Санчис…
– Продолжайте.
– Умер. Остановилось сердце, пока его перевозили из полицейского участка в больницу. Так написано в сводке.
– Мерзавцы… – прошептала Алисия.
Варгас тяжело опустился на диван рядом с ней. Они молча переглянулись. Алисия вновь наполнила свой бокал и протянула Варгасу. Тот залпом осушил его.
– Когда вы должны вернуться в Мадрид? – спросила она.
– Мне дали пять дней отпуска. И премию в пять тысяч песет.
– Поздравляю. Может, хотите их прогулять вместе, съездив на экскурсию в Монтсеррат? Кто не прикасался к Черной Мадонне, тот не знает, что потерял.
Варгас печально улыбнулся:
– Вы не поверите. Мне будет вас не хватать, Алисия.
– Конечно, поверю. Но не стройте иллюзий, поскольку я скучать не стану.
Варгас усмехнулся:
– А вы? Где вы были?
– В гостях у Семпере.
– То есть?
– Ужин по случаю дня рождения. Долго рассказывать.
Он посмотрел на нее с пониманием, будто последняя фраза объясняла все на свете. Алисия указала на дневник Исабеллы:
– Вы успели прочитать, пока меня ждали?
Варгас кивнул.
– Умирая, Исабелла Хисперт знала, что ублюдок Вальс отравил ее, – произнесла она.
Он поднял руки к лицу и пригладил волосы. Казалось, каждый прожитый им год давит на душу тяжким грузом.
– Я устал, – тихо признался он. – Я так устал от дерьма вокруг.
– Почему же вы не возвращаетесь домой? – удивилась Алисия. – Доставьте им удовольствие. Выходите на пенсию и отправляйтесь в свой загородный домик в Толедо читать Лопе де Вегу. Разве не об этом вы мечтали?
– И поступать, как вы? Жить литературой?
– Полстраны живет в сказках. Еще двое погоды не сделают.
– Как вы нашли Семпере? – поинтересовался Варгас.
– Хорошие люди.
– О да. И для вас непривычно, верно?
– Нет.
– Со мной раньше тоже такое случалось. Ничего, это проходит. Что вы намереваетесь сделать с дневником Исабеллы? Передадите его родственникам?
– Не знаю, – призналась Алисия. – А как поступили бы вы?
– Я уничтожил бы его. Правда никому не принесет радости. И навлечет опасность.
Она кивнула:
– Если только…
– Хорошо подумайте, прежде чем откроете рот, Алисия.
– Я уже подумала.
– Мне казалось, что мы с вами сможем все бросить и быть счастливыми, – заметил он.
– Мы с вами никогда не будем счастливы, Варгас.
– Женщина, когда вы так говорите, возразить нечего.
– У вас нет причин помогать мне. Это моя проблема.
Он улыбнулся:
– Моя проблема – это вы, Алисия. Или мое спасение, хотя подобная мысль вызовет у вас смех.
– В жизни никого не спасала.
– Никогда не поздно начать.
Варгас встал, поднял со стола пальто и подал его Алисии.
– Итак, что скажете? Что вам больше нравится, поставить жизнь на карту или прожить годы и убедиться, что у вас нет таланта писателя, или, в моем случае, что Лопе нужно смотреть на сцене?
Алисия надела пальто.
– Откуда хотите начать? – спросил он.
– От входа в лабиринт…
Даниэль, дрожавший от холода в глубине подворотни, вдруг обратил внимание, что Фермин, от природы костлявый, сухой и жилистый, как провяленный постный окорок, явно чувствовал себя превосходно и развлекался, напевая зажигательный мотивчик, одновременно двигая в такт бедрами на манер туземного танца.
– Не понимаю, как вы не обледенели? Холод до костей пробирает.
Фермин расстегнул две пуговицы и продемонстрировал подкладку из газет под одеждой.
– Прикладная наука, – объявил он. – И на десерт – избранные воспоминания о мулаточке, с которой я встречался в Гаване в молодые годы. И то и другое согревает не хуже Гольфстрима.
– Господи боже…
Даниэль уже собирался совершить вылазку к «Гран-кафе», чтобы заказать большую чашку кофе с молоком и с доброй порцией коньяка, когда дверь подъезда Алисии издала скрежет и молодая женщина появилась в сопровождении крепкого мускулистого мужчины с военной выправкой.
– Охотились за птичкой, словили Тарзана, – заметил Фермин.
– Хватит ее обзывать. Ее имя Алисия.
– Интересно, мы когда-нибудь преодолеем издержки подросткового возраста, вы как-никак уже глава семьи. Идемте скорее.
– А что делать с тем типом?
– Топтуном? Не волнуйтесь. Я как раз разрабатываю гениальный план…
Алисия и здоровяк, без сомнения принадлежавший к когорте служителей правопорядка, свернули на улицу Фернандо и двинулись в сторону Рамбла. Фермин с Даниэлем, в точном соответствии с гениальным планом, чинно промаршировали мимо шпика, забившегося на углу в глубокую тень, не подавая виду, что они его заметили. В этот поздний час народу на улице было больше обычного благодаря контингенту британских моряков, жаждущих произвести культурный обмен, а также горсточке кутил из высших сфер, спустившихся с небес в чрево города в поисках образцов местной флоры, чтобы с их помощью утолить тайные альковные желания. Прячась за широкими плащами прохожих, Фермин с Даниэлем добрались до арок, окружавших Королевскую площадь.
