— Элессара нарекли по восшествии на трон. Наш народ не величает больше короля людей Странником. Смотри, не позови его этим именем на обряде!
— Арагорн приедет на обряд?! — обрадовалась я. — Он будет с Арвен? Кто ещё согласился помочь?
— Хоббитания и гномий народ, — красиво приподнял бровь эльф. — Весть о твоём возвращении сотворила чудо. Король людей прибыл час назад. И что тебя так порадовало?
— Тебя разве нет? Мы Войну Кольца прошли все вместе бок о бок!
— Ты меня поражаешь! Любой может вызвать твоё расположение, пользоваться твоим доверием, но того, с кем тебе придётся провести жизнь, ты ненавидишь!
— Ты не прав. Далеко не все пользуются моим доверием, лишь те, кто его заслужил. Разве те, чью спину ты прикрывал, кто отдаст за тебя жизнь, не задумываясь, не достойны доверия? И я тебя не ненавижу.
В стремлении донести мысль, он наклонился ко мне так близко, что я ощущала аромат его волос.
— Я не оспорю право Элессара на твою дружбу, право Энтона на твою привязанность. Но ты с ним делишься тем, что не должна отдавать никому кроме своего спутника. Отрадно, что ты не испытываешь ко мне ненависти, это означает, что тебе легче будет приноравливаться к жизни здесь.
— Лас, я не собиралась жить в Средиземье, мой дом не здесь.
Эльф отшатнулся, словно я его ударила. Знаю, что против шерсти, красавчик!
— Отчего? Ты столкнулась с трудностями, но они не бесконечны. Мы победим, в мирное время лучшего места не найти. Я покажу тебе самые красивые места в Лихолесье!
Не понимает царевич, какого рожна мне надобно? Может я слишком большая привереда? Ведь мне всего лишь нужно чтоб меня любили.
— Дело не в Лихолесье. Дело в нас.
— Что с нами? — изумлённо спросил он. — Я готов провести обряд, этого тебе недостаточно?
О, да! То-то у тебя шапка на корону не налезает «вашество»!
— Ты себя слышишь? Если тебе, правда, невдомёк, почему я не хочу с тобой связываться, то стоит ли мне объяснять?
— О, если я недоговариваю — ты выходишь из себя, а самой, стало быть, разрешено? Мне и не придётся тебя удерживать — далеко не уйдёшь!
— Знаешь, твоя корона — непомерная для тебя ноша. Ты не в силах нести её не потеряв свой внутренний мир.
— Моя корона и моя гордыня — тот груз, что меня утопит.
Снова согласился? Что это? Я брежу?
— Наша жизнь была б намного проще, не будь я правителем, но это не так, и ты должна принять как есть. Неужели ты не извлекла ни одного урока из произошедшего?
Когда мы ссорились в последний раз, он ожидал, что я соглашусь, или найду удобные условия для нас обоих, но сейчас я была непреклонна. Его взор сей миг вмещал целую вселенную. Я смотрела в его глаза, не отрываясь. Потолок поплыл. Мы слишком близко. Лас наклонил голову, медленно приближая губы к моему лицу. Нет!!! Сосредоточься, Света! Иначе из тебя веревки вить будут.
— Потолок. Лас, он выполнен из живого камня? Что за самоцветы так сверкают? Похож на ночное небо…
Остановившись в миллиметре от моих губ, эльф посмотрел в глаза пристальным взглядом, силясь понять, шучу я или попросту издеваюсь над ним.
— Спи, — Лас откинулся на свою подушку и вернулся к чтению.
Антошка ввалился в комнату без спроса в то время, как эльфийка отчаялась смастерить что-либо с моими волосами. Ага, попробовали бы его остановить!
— Ну, как, устала ночью? — полюбопытствовал друг.
Я без зазрения совести запустила подушкой в друга, но в голову не попала, Антошка толкнул дверь, «снаряд» вылетел наружу.
— И тебе доброго утра! — рассмеялся он. — Хм, тебе идёт подвенечное.
— Утра, — ответила я задумавшись.
С утра пораньше меня с конвоем препроводили в «ванную комнату» — подземный каменный бассейн наполненный водой с ароматическими маслами. Затем обрядили в платье не особенно отличающееся по фасону от недавней ночной сорочки. Только что размер на этот раз нужный был, и декольте… Офигитительное — другого слова не найти — декольте. Было бы что там показывать, у меня «минус первый». Но Антошку, похоже, это не волновало.
Я подняла с постели и подала девушке большой шёлковый отрез, жалко смотреть на её мучения, как криво не обрезаны на моей голове волосы — никто не решился тронуть их снова, может тут не принято их стричь?
— Покроем голову Эланор, не нужно причёсывать.
— Благодарю, госпожа! — искренне поблагодарила эльфийка, закрутив затейливым образом шарфик на моём затылке, что он стал положением волос, и поспешно удалилась.
Антон галантно отворил ей дверь. Да-а-а. Старое ружьё не ржавеет. Тяжело Лерычу придётся.
— Подвенечное? — с подозрением спросила я. — Слушай, расскажи в общих чертах, как будет проходить обряд ваш, а то сморожу глупость, а вам отвечать, — спросила я Антошку.
— Правда, хочешь знать? — ухмыльнулся он. — Не боись, на все вопросы надо отвечать «клянусь». Когда я подам тебе чашу с вином, передай Ласу, а потом точно так же прими её назад, попробуй вино. Больше ничего делать и говорить не надо. Никаких лишних слов, движений, не уверена в чём-то — повторяй за ним.
— Подожди любезный друг мой: что конкретно ты собрался спрашивать? Я ни в чём клясться не собираюсь!
— Т-с-с-с-с-с! Не психуй. Хочешь, потренируемся?
