У Бростека и Варо просто не нашлось времени отреагировать ни на смерть Кередина, ни на собственное преображение. Черная пустыня, в которую обращен был Неверн, внезапно исчезла, и они, с оружием в руках, очутились вдруг подле закованного льдом горного озера. Стремительно оглядевшись, они нигде не увидели человека-ножа. Зато они заметили еще два озера, а в отдалении — мрачный замок из серого камня.
— Где мы?
Бростек был сам не свой, в нем бушевали неведомые ему силы, а мир, казалось, сошел с ума.
— Что с нами произошло?
— Не знаю. Ты в порядке?
Невзирая на звучавшую в этих словах искреннюю заботу о друге, голос Варо сделался теперь совершенно металлическим, нечеловеческим, лишенным всяких модуляций.
— Кажется, да, — ответил Бростек, в страхе глядя на черную дыру, откуда доносился жуткий голос. — Это ты? Я тебя не вижу…
— Со мной все в порядке, — проскрежетал Варо.
Бростек взглянул на подвеску, которую сжимал в левой руке. «Что-то вселилось в меня, а я понятия не имею, что с этим делать. Я ведь не волшебник и ни черта не смыслю в магии!»
— Возможно, Магара находится именно здесь, — с неестественным спокойствием проговорил Варо. — А если так, то искать ее надлежит в этом замке. Ты готов?
Бростек кивнул, все еще пытаясь побороть смятение, и они пошли по берегу замерзшего озера. Но не успели они сделать и нескольких шагов, как прямо перед ними из воздуха соткалась фигура в синих одеждах — человек-нож! Его обволакивало оранжевое мерцание, на груди висела тяжелая подвеска в форме сердца, стоящего на горизонтальной черте. На лице колдуна застыло выражение растерянности, словно он сам не ожидал оказаться тут. При виде Варо и Бростека растерянность уступила место злобе, смешанной со страхом.
Варо отреагировал мгновенно. Взмахнув мечом, он ринулся на врага.
— Нет! — отчаянно закричал Бростек. — Погоди!
Но Варо не обратил на его предостережения ни малейшего внимания. Всепоглощающая ненависть к врагу затмила его разум, а в сердце безраздельно царствовало единственное желание — расправиться с черным магом.
Человек-нож стремительно поднял обе руки, направляя их на противника. Раздался треск, и навстречу Варо устремился синий огненный сгусток. Хотя снаряд и угодил прямо в цель, это всего лишь на мгновение остановило Варо. Синее пламя бесследно исчезло, втянутое в черноту, а Варо продолжал наступать.
Сперва человек-нож оцепенел от изумления, потом лицо его исказил ужас. Он уже сыпал огненными шарами как попало. Они либо пролетали мимо цели, либо исчезали в черном провале. Ничто не могло ни остановить Варо, ни даже задержать.
Бростек оцепенел. Он разрывался между собственным страшным прозрением и естественным желанием прийти другу на помощь. Заслышав странный всплеск, он машинально взглянул на единственное из трех озер, не скованное льдом, но увидел лишь расходящиеся по воде круги в самом его центре…
— Не убивай его! — крикнул он в отчаянии. — Ведь сейчас нет затмения! Да он и не настоящий!
Но Варо знал, что делал. Страшный черный силуэт неумолимо надвигался на врага. Черный абрис меча взметнулся. Человек-нож споткнулся и упал, крича что-то нечленораздельное. Меч Варо опустился, сокрушая живую плоть, дробя кости… Враг издал отчаянный вопль, и тотчас оранжевое сияние вокруг него угасло. Но Варо не останавливался. Вскоре он изрубил тело колдуна на куски, но нигде не видно было ни единой капли крови…
Бростек осторожно приблизился к другу, потрясенный его неистовой яростью. На миг ему даже показалось, что она еще не иссякла и может обратиться против него.
— Все кончено, Варо, — сказал Бростек. — Он мертв.
Черная фигура замерла с поднятым мечом. Варо понемногу приходил в себя.
— А где кровь? — спросил металлический голос. — Должна быть кровь, много крови…
— Ее нет, — твердо ответил Бростек. — Оставь. Он мертв.
«И последний из людей-ножей завладел всей силой», — про себя докончил он.
Бростек вновь взглянул на замок, вздрогнув при мысли, что Магара все это время томится там. Однако не успели они сделать и шага, как замерзшее озеро вдруг словно взорвалось. В воздух взлетели ледяные осколки — те, что поменьше, издавали странный угрожающий свист, которого не мог заглушить треск лопающегося льда. Друзья в ужасе глядели, как на поверхность поднимаются люди. Кожа их была синеватой от холода, и каждый сжимал в руках ледяное оружие — длинные и острые пики, зазубренные серпы и обоюдоострые кинжалы. Головы у всех повязаны были фиолетовыми повязками, а глаза горели неутолимой жаждой крови. Ледяная могила выпустила их с одной-единственной целью. «Убейте непрошеных гостей и зверя!» — велел им господин, посулив за это свободу. Ничего более желанного пообещать им было нельзя. Они предпочитали пасть в бою, нежели воротиться в ледяной плен.
Когда первая шеренга жутких воинов уже надвигалась на оцепеневших Варо и Бростека, вновь послышался треск — это разверзались глубины озера, выпуская новых ледяных солдат.
