– А в чем, собственно, дело? Захотелось посмотреть на исторические личности…
– Не верю, мадемуазель Рейс.
– Это ваше дело, – она попыталась обойти Ванзарова, но это еще никому не удавалось. – Что вы себе позволяете?
– Жду ответа, – сказал он, чтобы не осталось сомнений: без ответов отсюда никто не уйдет.
– Я все сказала, добавить нечего… Позвольте пройти.
– Не позволю, мадемуазель Рейс.
Возражение, от которого у многих холодело сердце. И ведьма не исключение.
– Что это значит, господин Ванзаров? Я арестована?
– В данную минуту нет. Но все может измениться.
– Что за угрозы? Что вам надо?
– Мне надо прояснить одно обстоятельство. Вы в таких красках рассказали о переходе в четвертое измерение, о том, какие беды нас ожидают, что я не мог остаться равнодушным. Поздравляю, ваше предположение оправдывается. Зло действительно вышло из зеркала.
Рейс не могла поверить, что этот скользкий тип не пытается обмануть.
– У вас есть доказательства? – спросила она.
В ответ была продемонстрирована новая дощечка со шнурком. Мадемуазель издала вздох, будто любовник преподнес брильянтовое колье.
– Не может быть, – проговорила она чуть слышно.
Ванзаров спрятал вещественную улику.
– К сожалению, может. Была повторная попытка пройти в четвертое измерение. Как вы догадались, неудачная.
– Опять, – пробормотала она и дернула головой. – Где это случилось?
– Здесь, – Ванзаров гостеприимно повел рукой. – Было использовано зеркало с платиновым покрытием. Вероятно, с его помощью легче совершить переход, верно? За ним вы пришли сюда?
Мадемуазель закусила кулачок в тонкой перчатке.
– Не может быть… Не может быть…
– Желаете взглянуть?
Колебалась Рейс недолго. Вздернув подбородок, приказала:
– Ведите!
Наверное, так Мария Стюарт дала распоряжение палачу перед плахой.
Ванзаров не слишком любил, когда женщины командовали им. Точнее сказать: не переносил вовсе. Но тут проявил галантность. Подвел к занавесу и распахнул. Открылось все, включая господина Стефансона, одернувшего манишку, и Лебедева, который сладко заулыбался: ведьма была в его вкусе. Ванзаров не ошибся.
Мадемуазель не замечала ничего кроме человека на стуле и горки битого стекла.
– Боже мой… – прошептала она, сжав лицо ладошками. – Боже мой…
Самые драгоценные секунды, пока барышня не оправилась от потрясения.
– Вы знакомы с Федором Морозовым?
Она издала невразумительный звук, похожий на отрицание.
– Знаете доктора Котта?
– Нет… Нет… Нет…
– Кто обещал вам показать способ прохода в четвертое измерение?
Послышался писк задушенной мышки.
– Кого вы скрываете? Этот человек обманывает вас! Назовите его! Сколько еще должно погибнуть? Назовите имя! Кто он? Говорите!
Рейс отмахнулась, будто от кошмарного видения, зажала рот ладошкой и побежала прочь. Ванзаров ринулся следом, но стальной захват удержал его плечо.
– Не увлекайтесь, друг мой, – Лебедев был строг и серьезен. – Остановитесь. Иногда надо признавать поражение. Вот, берите пример с меня.
Звякнув, колокольчик проболтал, что беглянка скрылась.
– Благодарю, Аполлон Григорьевич… Вы правы…
Порыв прошел, Ванзаров обмяк.
– Вот и хорошо… Далеко ей не убежать. Везде найдем. А сейчас не пора ли вызвать пристава?
Следовало признать: давно уже пора.
Господин Стефансон был послан за городовым, который доложит о происшествии в участок и вернется с приставом. Хозяин механических кукол так торопился, что выскочил в одном смокинге.
Лебедев задернул занавес.
– Хочу сделать приятный сюрприз приставу, – пояснил он и добавил: – Ну и как в лабиринте?
– Бредем во тьме.
– Поясните, что здесь произошло? Почему рыженькая так расстроилась? Зеркало пожалела?
Вдруг заторопившись, Ванзаров попросил дождаться пристава, передать ему, чтобы тот не забыл опросить дворника, и исчез, оставив криминалиста наедине с пластическими фигурами, трупом и осколками.
Такую невежливость приходилось прощать. Ничего другого Аполлону Григорьевичу не оставалось. Он давно знал, что Ванзаров становился замкнутым, мрачным и неудержимым, когда его осеняло внезапное предположение.
Полковник Пирамидов пребывал в благостном расположении духа. Несмотря на почти праздничный день, в Охранном отделении офицеры находились на местах. А отсутствующие выполняли поручения. Охранка была одним из немногих государственных учреждений, где сегодня не лентяйничали. Борьба с врагами монархии вообще и революционерами в частности не знает ни выходных, ни праздников, ни покоя, ни отдыха. Такая служба хлопотная.
Пирамидову было от чего прийти в хорошее настроение. Во-первых, он выполнил негласную просьбу своего шефа. Разузнал, что затеял князь Оболенский. Оказывается, его светлость услыхал про нового варшавского медиума, некоего Стефана Самбора, и пригласил его в Петербург, чтобы провести сеанс у себя дома. Визит мага был окутан строжайшей секретностью. По информации, которую полковник получил от своего осведомителя в журнале «Ребус», Самбор был восходящей звездой русского спиритизма. Юноша смазливой наружности с усиками якобы показывал настоящие чудеса: выходил в иные миры, мог предсказывать будущее и даже менять его по просьбе участников сеанса.
