Дав слово, Ванзаров залез в карету. И оказался у «Англии» так быстро, будто перепрыгнул через пространство. У дверей гостиницы дежурил Зволянский. Внешне директор был спокоен. Только галстук вылез из жилетки. Подойдя к карете, он выгнал филера, не разрешил Ванзарову выйти и залез сам.
– Что случилось, ваше превосходительство? – спросил Ванзаров, держа слово.
Зволянский забился в угол диванчика.
– Разве вам не доложили?
– Никак нет. Филер молчал, выдержал мои терзания.
– Ну хоть здесь не оплошали…
Сергей Эрастович приказал трогать и по дороге сообщил все, что Ванзаров уже знал. В общих чертах. С небольшим уточнением: что именно директор увидел в номере.
Поездка была недолгой. Карета пересекла Исаакиевскую площадь, въехала на Большую Морскую и остановилась у дома с эркером. Они поднялись на второй этаж. Дверь открыл дворецкий бодрого вида. Сюртук обтягивал крепкие мышцы. Выправку Ванзаров оценил глазом борца-любителя.
Приведя галстук в порядок, Зволянский пригладил виски.
– Будь что будет, – подбодрил он себя. Ванзарову этого не требовалось.
Их пригласили в большую гостиную. Посреди обширной комнаты в восточном стиле с персидскими коврами и лежанками шелестел струйками воды фонтан каррарского мрамора. Ждать не пришлось. Вошел хозяин квартиры в домашнем халате для визитов. И распахнул объятия Зволянскому.
– Как приятно в праздничное утро видеть вас, Сергей Эрастович, – сказал он с крепким рукопожатием. И перевел взгляд на второго гостя. – Да это тот самый героический юноша, что выручил нас в доме Александра Ильича. Приятно видеть вас, молодой человек.
Руки Ванзарова не удостоили, он отдал официальный поклон.
– Ну, друзья мои, прошу за стол угоститься, чем богаты.
Князь Оболенский слыл обходительным человеком. Таким он и был на самом деле. Во всем, что не касалось службы, трудно было найти более милого, радушного и гостеприимного хозяина дома. Надсмотр за полицией империи накладывал определенный отпечаток на его характер. Другого заместителя Горемыкин не стал бы держать у себя.
– Ваше высокопревосходительство, позвольте обратиться, – начал Зволянский, стоя почти смирно.
Князь всплеснул руками так, что кисточки на шнуре халата весело запрыгали.
– Сергей Эрастович, ну что за тон! Мы не на службе. И на службе этого почитания не люблю…
– Дело чрезвычайное.
– Какие дела могут быть в Рождество?
– Доложит чиновник Ванзаров, – сказал Зволянский, развернувшись и уступая место казни.
– Ну и что стряслось? – еще добродушнее спросил князь, но в глазах появилась настороженность. – Не тушуйтесь, молодой человек, докладывайте.
Выбора не осталось. Разве сразу подать в отставку. Сделав шаг, Ванзаров кратко пересказал то, что услышал от филера и Зволянского.
Повисла нехорошая пауза. Заложив руки за спину, князь прогулялся мимо фонтана. От добродушия не осталось и пушинки.
– Печально, господин Ванзаров, – сказал он, вернувшись. – Печально, что вы не справились и не исполнили как должно то, что вам было поручено… Что об этом говорить… Надо решить, как поступить дальше…
– Считаю необходимым в кратчайший срок найти убийцу, – отметил Зволянский.
Князь наградил старание кивком.
– Непременно, Сергей Эрастович. Важнее найти, кто его послал. Найти и доказать причастность, – сказал он таким тоном, что в слове «доказать» послышалось «наказать».
– Будет сделано, ваше высокопревосходительство.
Теперь князь обратил свой взгляд на ничтожного чиновника сыска.
– Что скажете, господин Ванзаров? Готовы искупить свой промах?
– Сделаю, что будет в моих силах, – ответил провинившийся.
– Будем надеяться… Сергей Эрастович окажет необходимую поддержку, не так ли?
Зволянский горячо согласился: именно так. И не иначе.
– Хочу подчеркнуть: мало найти убийцу. Надо изобличить того, кто это устроил… Это самое главное, господа, – князь обменялся с директором понимающими взглядами.
Оба думали на одного человека, который мог за этим стоять. Только не произнесли его имя вслух при ничтожном чиновнике. Намек Ванзаров понял. Нет тайны в том, что отношения между заместителями Горемыкина испортились окончательно.
– Господин Ванзаров, это вы изучаете аппарат доктора Котта?
– Только приступили, – ответил чиновник, храня самообладание.
– Какие результаты?
– Противоречивые. Требуются еще опыты. Так считает криминалист Лебедев.
Кажется, ответ не слишком понравился.
– Ну так доведите дело до конца, получите окончательные и точные результаты, – сказал князь с заметным раздражением, но сразу поменял тон: – Вот вам хороший случай проверить действие аппарата. Найдите того, кто нам нужен.
Ответил Ванзаров молчаливым поклоном.
– Что ж, господа, раз такие обстоятельства, не смею задерживать.
Князь вышел из гостиной. Будто забыл, что приглашал за стол. Перемена была резкой, но ожидаемой.
Зволянский с Ванзаровым спустились к карете.
– Полиция столицы в вашем распоряжении, – без радости сказал директор. Будто расставался с самым дорогим, чтобы было у него.
– Пока нужен господин Лебедев.
– За ним уже послано… Когда привлечете доктора Котта?
– Немного позднее.
– Сегодня же… Приказ его светлости… И мой… Что намерены делать сейчас?
