В неврологии было шумно. Судя по всему, ночной поступивший был не в настроении спать. Его возмущения были слышны далеко за пределами отделения. Рустам зашел в палату Максима и прикрыл за собой дверь, отрезая звуки, доносившиеся из коридора. И тут же, неловко повернувшись, задел штатив для капельницы. Тот предательски громыхнул. Максим приоткрыл глаза.
- Извини... – Шепотом сказал Рустам, решив, что грохот разбудил Красовского.
- Я не спал. – Максим с трудом разлепил ссохшиеся губы. Рустам, заметив это, подал ему воду и помог напиться. – Спасибо, ты даже не представляешь, как мне хотелось пить. – Эти слова дались ему намного легче.
- Не за что. Видишь, какая между нами связь! – Пошутил Рустам. – Я твою жажду почувствовал даже через три этажа и два отделения.
Максим слегка улыбнулся. Голова была ватная, а тело охватила противная слабость. Если бы не Рустам, Максиму пришлось бы мучиться от жажды до утра, ведь сам он не смог бы взять бутылку и напиться. Перед глазами все слегка расплывалось.
- Как ты себя чувствуешь? – Рустам сел на край кровати.
- Как после хорошей молотилки. Александр Петрович мне все рассказал.
Рустам промолчал. Он был рад, что не ему пришлось рассказывать Максиму о том, что случилось. Всегда сложно говорить правду близким и друзьям, особенно когда они перед тобой на больничной койке.
- Нужна операция. – То ли вопросительно, то ли утвердительно произнес Максим.
- Нужна. – Рустам был немногословен.
- Рустам, я хочу, чтобы ее делали вы с Наташей. – Красовский не смотрел на него.
Рустам вздрогнул. Такого он не ожидал.
- Макс, завтра приедет твой врач из Киева, он осмотрит тебя и тогда мы сможем принять решение. Тебя отвезут в Киев и...
- Рустам. Мне нужен не Киев. Мне нужен хирург, которому я могу доверить свою жизнь. И таких я знаю только двоих – тебя и Наташу.
- Максим, я не смогу.
- Сможешь. Иначе я не соглашусь на операцию. Рустам, у меня было время об этом подумать. И я принял решение. А вот примешь ли его ты – решать тебе. – Максим прикрыл глаза.
- Возможно, мы сможем обойтись без операции. ведь все указывает на то, что...
- Что операция нужна. – Перебил Рустама Красовский. – Я же тоже хирург, не забывай. И я трезво оцениваю ситуацию. Правду говорят: нет худшего пациента, чем врач...
- Давай подождем хотя бы до утра. – Рустам попытался вразумить Максима.
- Подождем. Но пообещай мне, что операцию будешь делать ты.
Рустам ответил Максиму долгим взглядом.
- Обещаю. – Наконец произнес он, и Красовский заметно расслабился.
- Спасибо.
- Ты манипулятор.
- Я просто жить хочу.
Мужчины замолчали. Каждый думал о своем. Рустам о том, что завтра решат коллеги. Максим – о своем будущем.
- Оксане позвонили? – Спросил он.
- Да, Рита позвонила. И еле отговорила Оксану не мчаться сюда немедленно. Но утром жди.
- Рустам, не говори ей, что произошло. Скажи – переутомился.
- Я-то не скажу, но кто-то другой может сказать. А кроме того, тебе не кажется, что уж от нее скрывать правду точно не стоит?
- Рустам, я не хочу, чтобы она нервничала.
- Думаешь, ей будет легче узнать об этом от кого-нибудь постороннего? У нас город маленький. Новости быстро разносятся.
- Может, ты и прав. – Максим отвернулся. Рустам, помедлив, встал:
- Мне пора в отделение. Постарайся заснуть. – И мужчина направился к выходу.
- Рустам! – Максим окликнул его. Рустам оглянулся. – Спасибо.
Агаларов молча кивнул. Он понимал, за что благодарит его Красовский. И знал, что сделает все, чтобы оправдать доверие друга.
*
Владимир Петрович не спал почти всю ночь. Несколько раз он вставал, включал свет на кухне и долго сидел за столом, листая книги и свои записи. Он все не мог решиться и признать, что Максиму нужна операция. Перед глазами врача стояли снимки МРТ Красовского. На них узел был очень четко виден. Ангиография тоже давала ясную картину. Но что-то останавливало Владимира. Было ли это профессиональное или интуитивное чутье – сказать было тяжело.
Началов вздохнул и подошел к окну. В девять он должен был быть в больнице. Приедет профессор из Киева, и они вместе решат, что делать дальше. Сейчас же решение застыло на чаше весов, и куда она склонится – неизвестно.
- Не спишь? – Зоя, зябко кутаясь в халат, подошла к нему.
- Не сплю... – Владимир не отводил взгляд от серого неба, словно пытался вычитать на нем ответ на свои вопросы.
- Кофе будешь? – Зоя поставила чайник на плиту.
- Что? А, кофе... Да. Буду.
Началов сел за стол. Через несколько минут Зоя поставила перед ним чашку дымящегося напитка. И хотя она знала, что Владимиру нельзя кофе, но сейчас ему нужно было взбодриться. Поэтому Зоя сделала мужу некрепкий напиток и сейчас встревоженно наблюдала за ним.
- Что ты решил? – Наконец решилась спросить она.
- Зоя, здесь не мне решать. Я могу только высказать свое мнение. И я склоняюсь к операции.
- Но это же опасно!
