За ужином девочки наперебой рассказывали о школе. Ярику и Наташе оставалось только слушать. Наташа отвлеклась, вспомнив свое детство. Ее никто не расспрашивал о ее делах в школе. Никто никогда не интересовался ее жизнью, друзьями... И потом, когда Наташа замкнулась, бабушка, к которой внучку сослали, все обижалась, что девочка ничего ей не рассказывала. А Наташе уже и не хотелось рассказывать. Она боялась, что ее оборвут на полуслове.
Ярик погладил ее руку. Он интуитивно понимал, о чем думает Наташа, и ему хотелось ей помочь, дать ей понять, что она не одна. И пусть иногда Наташа все еще дичилась ласки, Ярик видел, что она тянется к нему и к девочкам. И он надеялся, что вскоре они наконец будут жить вместе, одной семьей.
Поужинав, девочки разбежались по комнатам. Наташа взялась за посуду. Она не считала себя идеальной хозяйкой, но что ее выводило из себя – это немытая посуда. Поэтому Наташа никогда не оставляла ни одной грязной тарелки.
Ярик наблюдал за ней. Наташа перехватила его взгляд и улыбнулась:
- Не бойся, не разобью.
- Да бей, сколько угодно. Говорят, к счастью. – Смеясь, разрешил Ярослав. Не успел он это сказать, как одна из тарелок выскользнула и разлетелась на мелкие осколки. Наташа растерянно проводила ее взглядом и тут же яростно посмотрела на Ярослава, словно это он был виноват в том, что тарелка погибла.
- Так, об мою голову тарелки бить нельзя! – Шутливо запротестовал он.
- А поможет? – Фыркнула Наташа. Домыв посуду, она вытерла руки и хотела было сесть на табуретку, но Ярик перехватил ее и усадил к себе на колени.
- Наташ, когда ты переедешь к нам? – спросил он прямо.
Наташа вздохнула. Ярик уже не раз задавал ей этот вопрос. И каждый раз она уходила от ответа, ведь и сама не понимала, почему до сих пор этого не сделала.
- После свадьбы. Как и каждая приличная женщина. – Решила она отшутиться и на этот раз. Но Ярик не повелся.
- Значит, через полтора месяца? Не долговато ли?
- Знаешь, я вообще хотела бы расписаться в мае... – Задумчиво ответила Наташа.
- Говорят, плохая примета. – Заметил Ярослав.
- Я не суеверна.
- А я да. И кроме того, мне кажется, ты опять хочешь оттянуть свадьбу. – Ярик заставил Наташу посмотреть ему в глаза. Она покачала головой:
- Нет, не хочу. Просто не люблю приметы. И свадьбы. Давай просто распишемся, без пышного гулянья.
- Я думал пригласить наших коллег, пару друзей и родных. И не устраивать шумное застолье, просто скромно отметить.
- Согласна.
- Но я хочу, чтобы на тебе было самое красивое белое платье, – Ярослав поцеловал ее руку. – А я надену фрак. Буду выглядеть клоуном, конечно, но ради тебя я готов даже на это.
- Ты будешь выглядеть прекрасно. – Тихо сказала Наташа, проводя рукой по его щеке. Ей все не верилось, что судьба свела ее с этим человеком, которого она так любит и который ей безумно дорог.
- Наташа, сочинение! – Раздался из комнаты отчаянный вопль Иры. Наташа улыбнулась и встала.
- Извини, дела. – И поцеловав Ярика в щеку, она выскочила из кухни. Ярик проводил ее взглядом и тоже встал. Ему нужно было писать статью.
Он настолько увлекся, что только спустя два часа заметил, что в квартире выключен свет и наступила тишина. Ярик закрыл ноутбук и выключил настольную лампу. Он заглянул к девочкам. Они спали. Ярослав осторожно прикрыл дверь и пошел к себе. И улыбнулся, увидев, что Наташа в его свитере благополучно заснула, при этом расположившись так, что для него места почти не осталось. Ярик осторожно убрал ее руку с подушки и лег рядом. Наташа, пробормотав что-то, прижалась к нему и обняла. Ярик укрыл ее потеплее и прикрыл глаза. Все было настолько хорошо, что даже не верилось. Только одно не давало ему покоя – что же напугало Наташу сегодня на пути домой? Ярослав решил спросить об этом через несколько дней, если Наташа сама не скажет. С этими мыслями мужчина заснул.
====== Часть 4 ======
Рустам, вздрогнув, открыл глаза. Монотонное чтение убаюкало его, и мужчина задремал. И в который раз ему приснился тот же сон: Аня, висящая над пропастью. И ее запястье медленно выскальзывало из его руки. Рустам снова и снова просыпался в холодном поту и ему требовалось время, чтобы осознать – это всего лишь сон и все плохое позади. Вот и сейчас он пытался успокоить колотящееся сердце. С улицы донесся гул проехавшей мимо машины, и свет фар скользнул по стене и потолку, выхватив из темноты настенные часы. Два часа ночи.
Рустам решил немного пройтись, чтобы разогнать сон. За столько лет он никак не мог привыкнуть к тишине ночных больничных коридоров. В больнице просто не может быть тихо. Но сейчас его шаги гулко отдавались в пустом коридоре. Рустам старался ступать помягче. Предупредив медсестру на посту, что скоро вернется, хирург направился в неврологию. Максиму ввели огромную дозу седативных препаратов, и Рустам хотел убедиться, что все в порядке. Не то чтобы он не доверял коллегам из неврологии. Но все же лучше убедиться самому.
