Честно говоря, я сам себя не узнавал. По идее, мне полагалось бы рвать, метать и проклинать все на свете. Именно так я привык поступать в подобных ситуациях. Но в последнее время со мной происходили еще и не такие чудеса.
Так что в Дом у Моста я вернулся в прекрасном настроении. Куруш получил целых три пирожных. Думаю, он удивился моей щедрости. Впрочем, по выражению лица буривуха совершенно невозможно получить правильное представление об обуревающих его чувствах.
А рано утром заявился сэр Джуффин и великодушно отправил меня домой, отсыпаться.
В Дом у Моста я вернулся незадолго до заката и застал в Зале Общей Работы одного Лонли-Локли. Мы с ним по-прежнему сидели без работы. Убийц и без нас хватало, целых две полусотни Острозубов жаждали вцепиться в горло Мудлаха, который оказался не только презренным, но и совершенно неуловимым.
– Леди Туотли и буривуху, который ее сопровождал, удалось найти одного уроженца Арвароха, – сообщил Шурф. – Теперь они идут сюда.
– Вот и хорошо, – улыбнулся я. – Хоть что-то сдвинулось с места в этом грешном деле. Эта леди Туотли еще и везучая в придачу ко всем остальным ее достоинствам, да?
– Думаю, что так, – кивнул Лонли-Локли. И прибавил: – Странная она, тебе не кажется?
– Я же ее совсем не знаю. Вчера увидел эту милую леди впервые в жизни. Сначала решил, что у нее отвратительный характер, а потом понял, что она просто ужасно стесняется. Забавно, да?
– Стесняется? Вот уж никогда бы не подумал. А с чего ты взял?
– Не знаю. Просто понял, и все. По-моему, это очень заметно.
– Да? Ну если ты прав, тогда все не так страшно.
– Что – «не так страшно»? – Теперь пришла моя очередь удивляться.
– Да ничего особенного. Я имею в виду ее «отвратительный характер», как ты только что выразился. Именно так, лучше и не скажешь.
– Она даже тебе нахамила? – изумился я. – Ничего себе! Вот это я понимаю!
– Ну не то чтобы по-настоящему нахамила, но… в общем, да. Видишь ли, мне уже очень давно никто не хамил, так что поначалу я даже немного растерялся.
– Ты? Растерялся? Не верю. Просто представить себе не могу.
– Тем не менее.
– Сэр Халли у себя?
Сероглазая амазонка решительно вошла в Зал Общей Работы. За нею следовал здоровенный старик. Только высокий рост и атлетическое телосложение выдавали в нем уроженца Арвароха. Лицо его было вполне заурядным: таких рож пруд пруди в любом столичном трактире. Незнакомец оставался совершенно спокойным, приятно было посмотреть.
– Конечно, у себя. Он вас ждет не дождется, – приветливо сказал я.
Суровая леди неуверенно улыбнулась уголками рта. Кажется, она уже подзабыла, как это делается.
Зов Джуффина положил конец нашим любезничаниям.
«Макс, как мило, что ты все-таки появился. Я уже начал опасаться, что ты снова заснул на год. Зайди ко мне вместе с Кекки и ее добычей – мало ли что».
Я виновато обернулся к Шурфу, развел руками, всем своим видом пытаясь показать, что покидаю его не по доброй воле. Напрасно старался, парень уже успел придать своему лицу самое бесстрастное из возможных выражений и уткнуться в какую-то толстенную книжку. Я посмотрел на обложку. Грешные Магистры, это чтиво гордо именовалось «Маятником бессмертия». Я изумленно покачал головой, не в силах понять, что стало причиной столь многообещающего заголовка, – то ли бесхитростные поэтические вкусы автора, то ли намерение сообщить благодарным читателям пару-тройку настоящих секретов бессмертия? Вообще-то, от местной литературы всего можно ожидать, так что я дал себе слово непременно полистать на досуге этот талмуд.
Покончив с размышлениями о жизни, смерти и литературе, я последовал за леди Туотли и ее пленником в кабинет Джуффина, откуда как раз раздался дежурный вопль: «О, великий буривух!» – и глухой стук лба о ковер. Это начинало надоедать. Но когда я вошел, арварошец уже принял вертикальное положение. Видимо, Куруш успел об этом позаботиться.
Леди Туотли тем временем направилась к выходу. Очевидно, Джуффин решил, что ее миссия уже закончена. Барышня всем своим видом старалась показать, что ей совершенно неинтересно, что будет дальше. Я мог только посочувствовать бедняжке. Хорошо сделать свое дело и бодро отправиться на фиг, не узнав, чем все закончилось – действительно обидно.
– Я – Нальтих Айимирик, – сдержанно представился старик. – И я не совершил никаких дел, достойных упоминания.
Я восхищенно покрутил головой. Это уметь надо – столь величественно сообщить о собственном ничтожестве.
– А какого рода дела заставили тебя покинуть Арварох? – с интересом спросил сэр Джуффин.
– Мне не хотелось бы говорить о своем прошлом, – спокойно ответил старик. – Но даю вам слово чести, я не тот, кого ищут. Меня никто не ищет, поскольку никому не кажется делом чести победить лишенного силы.
– Не сомневаюсь, – вздохнул Джуффин. – Ладно, Магистры с ним, с твоим прошлым. Меня интересует другое: ты был знаком с царем Мудлахом?
– Я был его шаманом много лет назад. Это продолжалось, пока сила не ушла от меня.
