– Ну как тебе сказать. Нашел-то я ее в собственном сне, но это не значит, что ее нет на самом деле… Честно говоря, никто толком не знает, что такое Тень, но она есть у каждого человека. И легче всего разыскать Тень, когда спишь, – и свою собственную, и чужую, все равно. Кстати, твоя Тень отлично умеет прятаться, она из меня душу вытрясла, прежде чем я ее поймал. У Тени есть все, что есть у ее хозяина, в том числе и сердце. Вот только в отличие от нас наши Тени прекрасно могут обходиться без этого хлама. Без него им даже лучше, свободнее… Ты хоть что-то понимаешь из моих объяснений, Макс? Или я зря стараюсь?
– Я ничего не понимаю, но вы не зря стараетесь, – откликнулся я. – Ваш голос меня успокаивает. А как я теперь буду жить с этими двумя сердцами?
– Да так же, как и раньше, только еще лучше, – усмехнулся Джуффин. – Вот увидишь. Тебе здорово повезло, если разобраться.
– Мне действительно здорово повезло, – я подмигнул Теххи. – А вот тебе – нет.
– Почему? – испуганно спросила она.
– Потому что я грязно ругаюсь во сне, плююсь ядом в кого попало, работаю по ночам и чертовски много ем. Да, чуть не забыл, кроме всего этого я еще и царь каких-то кочевников. Представляешь теперь, с кем ты связалась?
Теххи улыбнулась.
– Мама всегда говорила, что я плохо кончу. – Ее улыбка исчезла так же быстро, как появилась. – Подожди-ка, сэр Макс, а с чего ты вообще взял, что меня все это интересует? Почему ты так уверен, будто я…
– А кто тебя спрашивает? – беззаботно отмахнулся я. – Ты меня отравила своим приворотным зельем, так что теперь, будь любезна, сама и расхлебывай. Мне требуется длительный курс лечения. Первые лет шестьсот, как минимум, моя жизнь будет находиться в постоянной опасности, поэтому мне необходимы ежедневные процедуры. А там поглядим. Правда, сэр Джуффин?
– Ну, раз ты так говоришь, значит, правда, – зевнул шеф. – Ладно уж, приводи себя в порядок. Завтра в полдень я тебя жду.
– На закате, – твердо сказал я. – Смерть – довольно уважительная причина, можно и опоздать немного, вам не кажется?
Я дважды стукнул себя по носу указательным пальцем правой руки. Классический кеттарийский жест: два хороших человека всегда могут договориться. Джуффин немедленно растаял. Впрочем, он и без того был вполне растаявший, с самого начала.
– Лодырь несчастный. Ладно, на закате так на закате, Магистры с тобой. Что ж, наслаждайся жизнью, каковая, как известно, коротка, а я пойду спать. Мне, между прочим, даже со службы отпроситься не у кого.
– Отпроситесь у меня, – предложил я. – Я вас отпущу, честное слово.
– Все, разошелся, – Джуффин с видом мученика поднял глаза к потолку, потом улыбнулся Теххи. – Надеюсь увидеть тебя снова при менее драматических обстоятельствах, девочка. И извини, если я тебя напугал. Когда я понял, что произошло, я еще и не такое мог натворить.
– Он меня больше напугал, если честно, – Теххи кивнула на меня. – А все остальное я и помню-то еле-еле.
– Тем лучше, – вздохнул Джуффин. – Подозреваю, что я вел себя не совсем так, как подобает хорошо воспитанному пожилому джентльмену. И имей в виду, если ты собираешься позволить этому молодому человеку и дальше валяться в твоей спальне, тебе придется купить ящик бальзама Кахара. Он поглощает это зелье бочками, ты еще удивишься!
– Кошмар, – улыбнулась Теххи. – Так, может быть, пусть сам его и покупает?
– Обойдешься. Он еще и экономный.
Когда мы остались одни, Теххи внимательно посмотрела на меня.
– Макс, ты уверен, что действительно хочешь здесь остаться?
– Хочу! – жизнерадостно подтвердил я.
– Странно, – вздохнула она. – Но почему?
– Потому, что здесь сидишь ты, – объяснил я. – Это же элементарно.
– Это что, признание в любви? – растерянно спросила Теххи.
– Не говори ерунду. Это – гораздо больше.
– А ты хоть представляешь себе, кто я такая? Все дети Лойсо Пондохвы…
– А у него было много детей? – равнодушно поинтересовался я.
– У меня шестнадцать братьев. Все мы – его незаконные дети, и от разных женщин, разумеется. Но мы очень дружны, поскольку нам, собственно говоря, больше не с кем дружить. Особенно им.
– А все твои братишки – привидения? Вот и славно. Мы с ними отлично поладим, поскольку я сам – Магистры знают кто, и явился сюда невесть откуда.
– Я так сразу и подумала, – улыбнулась она. – Человек, у которого цвет глаз меняется чуть ли не каждую минуту…
– А ты уже заметила?
– Ничего себе! Я же только тем и занималась, что пялилась на тебя.
– Почему?
Я довольно откровенно напрашивался на комплименты. Теххи это заметила и скорчила ехидную рожицу.
– Ну надо было на что-то смотреть. Не на трупы же!
– Кстати о трупах. Кажется, я здорово проголодался. У тебя что-нибудь есть?
– Откуда? Ты же сам все и уничтожил.
– Грешные Магистры, как же мне не везет! Нарваться на хозяйку единственного в этом Мире ресторана, где нет никакой еды!
– Я могу послать зов хозяину «Жирного индюка», – предложила Теххи.
– Да ну его к аллаху. Будем считать, что я на посмертной диете.
– А кто такой «аллах»? – осведомилась Теххи.
