– Все-таки я вам ужасно завидую, – вздохнул я. – Вы так мало спите! Целых двадцать два часа в сутки к вашим услугам.
– Подожди, мальчик, почему это «двадцать два»? – удивился Кофа. – Два часа я все-таки сплю.
– Ну да, вот я и говорю. В сутках двадцать четыре часа, два из них вы спите, остается двадцать два часа, разве нет?
– С арифметикой у тебя все в порядке. Вот только с чего это ты взял, что в сутках двадцать четыре часа? К твоему сведению, в сутках двадцать два часа. Ты не знал?
– Ох, какой же я идиот, – ошеломленно пробормотал я. – Мне и в голову не приходило… Так вот почему мне вечно ни на что не хватает времени!
– И ты ни разу не дал себе труд внимательно приглядеться к циферблату часов? Ладно, не горюй. Еще и не такое бывает.
Утром выяснилось, что совет Джуффина «каждый раз прощаться навсегда» не относится к разряду невыполнимых. Какая-то часть меня истерически протестовала против такой постановки вопроса, но ее голос звучал не настолько громко, чтобы его нельзя было игнорировать.
Это оказалось довольно просто – признаться себе, что у меня нет всесильной справки с дюжиной печатей, где черным по белому написано, будто я непременно вернусь из очередной развлекательной поездки живым и здоровым. У меня не было гарантий – никаких. Ни сейчас, ни когда-либо прежде. Так-то.
Стоило мне осознать это, как моя наигранная нервная веселость внезапно сменилась спокойствием. Славная перемена. Теххи тут же подцепила это мое новое настроение, отразила его, как зеркало, – так уж она была устроена. Мне показалось, что она испытала при этом неописуемое облегчение, как и я сам. Дело кончилось тем, что я аккуратно чмокнул ее в самый кончик носа, а она рассмеялась от неожиданности, отступила на шаг и весело мне подмигнула, словно мы только что договорились устроить кому-нибудь из знакомых безобидную, но смешную пакость.
К Дому у Моста я пришел последним. Сэр Кофа и Мелифаро уже деловито запихивали свои дорожные сумки под заднее сиденье служебного амобилера. Они показались мне даже более нарядными, чем всегда, – а я-то, дурак, укутался в какое-то страшненькое темно-болотное лоохи, наивно полагая, что именно так и должен выглядеть дорожный костюм.
– Вы погорячились, – сказал я своим спутникам. – Теперь вам придется вытаскивать багаж.
– Почему это? – подозрительно спросил Мелифаро.
Он, как я понимаю, опасался стать жертвой очередного розыгрыша.
– Поедем на моем амобилере, – объяснил я. – Он лучше. Уж не знаю почему, но, по-моему, мне случайно досталась самая выносливая телега под этим небом. Что я только с ним не проделывал – и ничего. А главное – он просторнее. Сейчас это кажется несущественным, но когда вам надоест ехать сидя и захочется делать то же самое лежа, вы скажете мне спасибо.
– Мальчик, ты мудр не по годам. Я всегда это подозревал, а теперь знаю наверняка, – похвалил меня Кофа. – Кстати, нам следует взять с собой запасные кристаллы, чем больше, тем лучше. Тебе, наверное, до сих пор в голову не приходило, что с кристаллом что-нибудь может случиться? А пеший поход к озеру Мунто и обратно не совсем согласуется с моими планами на ближайшее столетие.
– Какой вы молодец, что сказали. А где их берут?
– Там же, где и сами амобилеры – в специальных лавках. Не переживай, тебе не придется никуда бегать. Я уже попросил выделить нам полдюжины из запасов возниц Управления.
– Вот и хорошо, – обрадовался я. – Ну что, пойдем повиснем на шее у Джуффина, и в путь?
– А как же сцена прощания с генералом Бубутой? – осведомился Мелифаро. – Неужели ты лишишь меня этой маленькой радости?
– Лишу. Ну его к Темным Магистрам, этого Бубуту. Если он заплачет, я не выдержу и останусь. Сердце-то не каменное.
Мы отправились на свою половину Дома у Моста, поскольку кружка камры в хорошей компании – именно то, что требуется человеку перед дальней дорогой.
К моему удивлению, в Зале Общей Работы сидели не только Джуффин, Меламори и спустившийся из Большого Архива Луукфи Пэнц, но и леди Кекки Туотли. Вместо форменного лоохи Городской полиции на ней было нечто настолько пестрое и легкомысленное – сам сэр Мелифаро мог бы обзавидоваться. Кекки поймала мой взгляд и гордо задрала носик.
– Между прочим, я не просто в гости зашла. Я теперь у вас работаю.
– Правда? – удивился я. – Ну и правильно, я давно говорил, что служба в Городской полиции скверно сочетается с цветом твоих прекрасных глаз. А в каком качестве?
– В качестве Кофы. Буду носить его волшебный плащ, чтобы не пылился. Этим господам кажется, что Тайный Сыск не может долго оставаться без Мастера Слышащего. А еще им кажется, что у меня может получиться.
– Получится, получится, – снисходительно подтвердил сэр Кофа. – Невелика хитрость.
– Во всяком случае, теперь мы проверим это на практике, – вздохнула Кекки.
– Дело в том, что у этого совершенно безнравственного типа есть отвратительная привычка проталкивать на теплые места своих протеже, – заметил Джуффин. Он подмигнул Кекки. – Не обижайся, леди, эта шпилька предназначена не тебе, а нашему общему приятелю.
