– Есть, сэр! – рявкнул я. – Ни на секунду не сомневаюсь, что вам известен точный адрес самой приличной паршивой забегаловки в этом захолустье.
– Иногда ты бываешь способен делать правильные умозаключения, – одобрительно отозвался Кофа. – Остановись возле вон того желтого двухэтажного дома. «Старый дом» – гостиница, конечно, не из лучших. Впрочем, это не имеет значения, ни одна из местных гостиниц не является местом, где приятно провести ночь. Но в «Старом доме» более-менее неплохо кормят.
– Я вам уже говорил, что вы способны найти уютное местечко с хорошей кухней даже в преисподней? – улыбнулся я.
– Говорил, причем неоднократно. Вообще-то это – глупость. Не думаю, что в преисподней, которую ты сам же мне и описывал, могут быть хоть какие-то трактиры. Если она вообще существует, эта твоя «преисподняя», в чем лично я сомневаюсь, – проворчал Кофа.
Он извлек из-под сиденья свою дорожную сумку и вышел из амобилера. Я с изумлением глядел ему вслед. Кофа вырос на целую голову! Почему-то именно с этим фактом мне было труднее всего согласиться.
К тому моменту, когда мы догнали своего спутника в просторном холле, Кофа уже успел зажать хозяина гостиницы в угол и потребовать у него ключи от самых лучших комнат. Я был почти уверен, что Кофа захочет оставить все три ключа себе, но он разделил добычу поровну.
Я забросил дорожную сумку в дальний угол гостиничного номера, довольно тесного по сравнению с традиционными столичными апартаментами, но вполне уютного. Потом я спустился в обеденный зал, где уже топтался Мелифаро. Он не мог решить, за какой из многочисленных пустующих столов усесться.
– Мне всегда казалось, что сидеть следует в самом дальнем углу, желательно возле окна, – подсказал я. – Так что, если тебе действительно все равно…
– Абсолютно, – вздохнул он, топая в указанном мной направлении. – Ну и как тебе наш распрекрасный сэр Кофа? Ты в восторге?
– Не то чтобы в восторге. Но знаешь, по-моему, ничего страшного. По сравнению с людьми, с которыми мне в свое время приходилось иметь дело, он все еще душка.
– Да? – изумился Мелифаро. – Я всегда подозревал, что ты вырос среди каких-нибудь вурдалаков. Между прочим, он на самом деле такой. Я хочу сказать, Кофа родился с этим длинным лицом и ужасным характером. Первые сто двадцать лет он отравлял жизнь всем, кому возможно, а потом его собственный отец не выдержал и заколдовал единственного наследника. Немного улучшил его нрав, ну и аппетит заодно. А по мере того, как Кофа удаляется от Сердца Мира, наваждение рассеивается, и мы получаем настоящего сына легендарного Магистра Хумхи Йоха, во всей его первозданной красоте.
– А что, отец Кофы был легендарной личностью?
– Еще бы! Он – один из семи Великих Основателей Ордена Семилистника. А нынешний Великий Магистр Нуфлин – его ученик, как и многие другие члены Ордена, те, что постарше. Магистр Хумха занимался всякими непостижимыми вещами чуть ли не тысячу лет, а потом вдруг удалился от дел, обзавелся семьей и увлекся кулинарными экспериментами. Это выглядело так, словно он смертельно устал от собственного могущества и решил стать обыкновенным горожанином. Разумеется, это было невозможно, но он очень старался. Что ему действительно удалось, так это состариться и умереть… Ага, вот и наш драгоценный сэр Кофа! Давай пока сменим тему.
Мы с Мелифаро отлично поужинали. В «Старом доме» готовили не намного хуже, чем в «Обжоре Бунбе». Что же касается Кофы, он заявил, что ему необходимо придерживаться какой-то загадочной «диеты». Я так и не понял, в чем там суть, но Кофа даже ходил на кухню, чтобы лично проследить за процессом приготовления заказанных им блюд, а потом методично поедал содержимое многочисленных маленьких мисочек. При этом на его лице не было и намека на удовольствие. Сразу после еды Кофа отправился наверх, заявив, что ему якобы необходимо обдумать дальнейшие действия.
– Не хочешь прогуляться? – спросил я Мелифаро.
– Ага, сейчас все брошу и срочно отправлюсь любоваться великолепием облупившихся заборов вокруг индюшачьих ферм на окраине дивного города Чинфаро! – презрительно фыркнул он. И тут же обезоруживающе улыбнулся: – Это мой единственный шанс как следует выспаться. Дома у меня в последнее время не очень-то получалось, со всей этой дурацкой лапшой на сердце.
– А тебе, случайно, не кажется, что «интенсивность испытываемых тобой эмоций – признак невысокого коэффициента интеллекта»? – старательно копируя высокомерные интонации сэра Кофы, спросил я.
Мелифаро расхохотался.
– До сих пор я тебя недооценивал. На самом деле ты гораздо хуже, чем Кофа. Хорошей ночи, чудовище. Смотри, не потеряйся в незнакомом городе.
Он убежал наверх, в свою комнату, а я вышел на улицу.
