На всякий случай я поморгал. Разумеется, это не сработало. Оставалось только надеяться на силу своих слов.
– Перестань казаться деревом, – попросил я. – Я хочу увидеть тебя настоящим.
Дерево тут же исчезло. Вернее, не то чтобы исчезло. Я внезапно понял, даже
– Ты сказал, что хочешь меня увидеть, – напомнил голос. За что ему, конечно, большое спасибо.
– Ну да. Дерева больше нет, но и вас тоже не видно. Или вы – трава? – удивился я.
– Нет, не трава. Просто я снова стою у тебя за спиной. Ты не станешь возражать, если я еще некоторое время не буду тебе показываться? Мне пока не хочется, чтобы ты на меня смотрел.
– Ладно, – великодушно согласился я. – У каждого свои причуды. Но все-таки было бы неплохо узнать, с кем я разговариваю. Кто вы?
Я устало опустился на траву. Сонная одурь, хвала Магистрам, прошла, а вот ноги гудели, как после интенсивных занятий на беговой дорожке.
– Я назовусь немного позже, если не возражаешь. Ты ведь меня не боишься?
Я проанализировал свои ощущения и честно ответил:
– Вроде бы нет.
– Это хорошо.
– Конечно, хорошо, – усмехнулся я. – Если я испугаюсь, я начну делать глупости. А Темная Сторона – не совсем подходящее для этого место, я правильно понимаю?
– Правильно.
– А что вы, собственно, от меня хотите? – с любопытством спросил я. – Или просто соскучились по обществу?
– Да нет, не соскучился. Мне действительно кое-что от тебя нужно. И я хочу, чтобы сначала ты вспомнил одну историю – так, сущие пустяки, – в качестве эпиграфа к моей просьбе.
– Что я должен вспомнить?
– Толстую книгу в темно-синем, почти черном переплете. Вернее, две книги, совершенно одинаковые с виду, только номера на корешках разные. Они стояли рядом на книжной полке в доме твоих родителей, слишком высоко, чтобы ты мог до них дотянуться. Но ты залез на стул и все-таки добрался до них, когда тебе было лет девять или даже меньше – помнишь?
– Двухтомник Герберта Уэллса! – Я рассмеялся от неожиданности. – Конечно, помню. Не девять, нет. Семь с половиной – вот сколько мне тогда было. А почему вы спрашиваете? Вы, часом, не призрак автора?
– Еще чего не хватало.
– Ладно, уже легче. А что за страшная тайна связана с этими книжками?
– Не страшная. Хорошая тайна, – поправил меня незнакомец. – Там был один рассказ, который, собственно, и послужил причиной того, что ты сейчас находишься здесь. Он изменил твою жизнь – полностью, кардинально. История про зеленую дверь в белой стене. Ты помнишь?
– Помню, – согласился я. – Еще бы я не помнил.
– И я тоже помню. Хочешь, расскажу тебе, о чем там говорилось? Это была история одинокого мечтателя, маленького мальчика, твоего ровесника, который гулял по городу, забрел на незнакомую улицу, увидел там белую стену, а в стене – зеленую дверь и вошел туда. Далее следовало несколько страниц бессмысленной прекраснодушной ерунды. Предполагалось, что мальчик попал в райский сад, а когда требуется описать подобное место, автор обычно оказывается не на высоте, поскольку никто никогда там не был. Я до сих пор не слишком доволен этим отрывком, но – ладно. Ты, в любом случае, понял, что мальчику было очень хорошо в этом чудесном саду. Вполне достаточно. Потом герой, как это часто бывает в сказках, нарушил некий запрет и снова оказался в своем родном городе, на какой-то незнакомой грязной улице. Он стоял там и горько плакал от невыразимого горя. Ужасный эпизод.
– Но самое ужасное началось потом, – подхватил я. – Этот счастливчик еще несколько раз натыкался на свою чудесную зеленую дверь, в самых неожиданных местах – совершенно фантастическое везение! – и всякий раз проходил мимо. Один раз потому, что опаздывал в школу, потом у него был экзамен в университете, потом еще что-то. Я был готов дать ему по морде, честное слово!
– Но однажды он все-таки открыл эту дверь, – мягко закончил мой невидимый собеседник. – Его нашли мертвым в какой-то канаве со строительным мусором, и друг, которому он накануне рассказал свою историю, никак не мог понять, нашел бедняга эту самую зеленую дверь или она просто ему примерещилась. Но ты решил, что это хороший конец – в любом случае.
– Ваша правда, – улыбнулся я. – Именно так я и подумал, слово в слово, вы даже интонацию угадали. Но откуда вам все известно? И почему вы вообще заговорили о двери в стене?
– Потому что сэр Герберт Уэллс никогда в жизни не писал такого рассказа, – объяснил мой таинственный незнакомец. – Но теперь текст действительно существует. Причем не только в твоем темно-синем двухтомнике. Со временем, насколько мне известно, он появился и в других изданиях. Но его написал я.
– Как это?! – Я был сражен наповал.
