– Мало ли, кто там чего носит, – пожал плечами Джуффин. – Ну, скажи на милость, как человек с абсолютно целыми глазами может быть слепым? А для чего, в таком случае, существуют знахари?.. Что касается очков, они нужны именно для того, чтобы не промахнуться. Примерь, сам поймешь.
Я надел очки и действительно сразу понял, зачем они нужны. Через темные стекла я почти не мог разглядеть очертания своего шефа, зато отчетливо увидел несколько ярких сияющих точек на его теле. Они образовывали какую-то несимметричную геометрическую фигуру.
– Верхняя точка и есть та самая, в которую надо попасть, если имеешь дело с ядом Шойсс, – объяснил Джуффин. – Давай, снимай эту антикварную редкость. Правда, просто? Думаю, когда-то очки принадлежали какому-нибудь придворному убийце. Короли древности высоко ценили специалистов такого профиля.
– И что мы теперь должны делать? – озабоченно спросил я.
– Пока ты будешь развлекаться со своими подданными, я попробую временно оживить этого красавчика. А потом ты вернешься, и мы с ним доверительно побеседуем. Это проще всего. С тех пор как выяснилось, что ты способен разговорить любого ожившего мертвеца, расследование стало простым и тошнотворно скучным занятием… Ты не очень огорчишься, если я лишу тебя возможности и дальше созерцать это мертвое тело?
– Не очень. Буду, конечно, рыдать в уборной, но максимум полчаса, не больше.
– Вот и хорошо. Пошли, нас ждет сэр Мелифаро. Если, конечно, не помер от любопытства.
– Между прочим, я тоже умираю от любопытства, – признался я, закрывая за собой двери морга. – Этот ваш жуткий эльф, дырку в небе над его пьяной рожей! Скажите, Джуффин, неужели все эльфы выглядят столь прискорбным образом?
– Как правило, они выглядят еще хуже. А почему ты так удивляешься?
– Вы не поверите, но за свою жизнь я прочитал множество книг, где рассказывалось об эльфах. Не здесь, конечно, а дома. По большей части это были просто сказки, но они опирались на старинные легенды. Они писали об эльфах самые разные вещи, но все сходились в одном: это прекрасный, бессмертный, волшебный народ. А тут приперся какой-то потрепанный алкаш…
– Прекрасный, бессмертный, волшебный народ, совершенно верно, – кивнул Джуффин. – Так оно и было когда-то. Но, в конце концов, их погубила любовь к наслаждениям. Все было хорошо, пока эльфы не нарушили древний запрет и не попробовали вино. Им так понравилось, что с тех пор их жизнь полностью подчинена удовлетворению этой потребности. Заметь, эльфы по-прежнему бессмертны, поэтому им не удается даже загнать себя в могилу. Бедняги обречены вечно пребывать на краю, и это, как ты мог заметить, весьма безрадостное зрелище.
– А почему я никогда раньше их не видел?
– Потому что они живут в зачарованном Шимурэдском лесу, на западе Угуланда. В Ехо их не очень-то охотно пускают, равно как и во все остальные города. Этот парень, которого ты видел в нашем кабинете, пришел ко мне по важному делу. И ему пришлось совершить немало чудес, чтобы не угодить в объятия бдительных полицейских. Удивительно, что бедняга все еще что-то умеет… Ну что, сэр Мелифаро, ты еще не лопнул от любопытства?
– Считайте, уже лопнул. Со мной, можно сказать, все кончено. Моя бедная мама всегда предсказывала, что работа в Тайном Сыске добром не закончится. Передайте ей, что она была права.
– Передам, – пообещал Джуффин. – Идемте в кабинет, мальчики. Я вам сейчас такое покажу!
Мы с Мелифаро дружно заржали, поскольку на подобный случай у нас была заготовлена дежурная реплика: «Надеюсь, не задницу?» В невысказанном виде она обладала совершенно особой прелестью.
Но Джуффин не обращал на нас никакого внимания. Ему было не до того. Шеф прилагал отчаянные усилия, чтобы одолеть собственные заклятия и открыть шкаф. Этот хрупкий образец офисной мебели минувшей эпохи защищает секреты Тайного Сыска куда надежнее, чем несгораемый сейф. Страшно даже вообразить ужасную судьбу, ожидающую безумца, который захочет без разрешения порыться в ящиках. Лично я подозреваю, что даже сам Джуффин всякий раз немного рискует, отпирая этот шкаф, им же самим заколдованный.
На этот раз наш шеф справился на удивление легко. Дело ограничилось всего несколькими неразборчивыми проклятиями, обычно в такие моменты он куда менее сдержан.
– Вот, полюбуйтесь, – торжественно сказал Джуффин, извлекая из шкафа большой неопрятный сверток и бережно разворачивая ветхую ткань.
Мы с недоумением уставились на здоровенный кусок позеленевшего металла, форма которого наводила на мысль, что тысячелетия назад какой-то наивный человек всерьез считал эту железяку своим оружием.
– Что это? – наконец, спросил Мелифаро.
– Меч Короля Артура, спорю на что угодно, – ухмыльнулся я.
– Какого такого Артура? Королей с подобным именем у нас никогда не было, – возразил Мелифаро. – Или все-таки были?
– Твоего приятеля в очередной раз занесло на повороте, только и всего, – хмыкнул Джуффин. – Тем не менее он почти угадал. Это действительно меч, и в свое время он принадлежал Королю. Только не какому-то загадочному Артуру, а нашему Королю Мёнину.
