«Черт, но я
Как ни удивительно, этот сбивчивый внутренний монолог подействовал, как самое грандиозное заклинание всех времен и народов. Я снова был свободен и сам не заметил, как сделал шаг, а потом еще один. Отправился невесть куда вслед за неторопливой Тенью исчезнувшего три тысячелетия назад Короля Мёнина, с его собственным мечом в неумелой руке, не оглядываясь и не сомневаясь.
Я догнал своего проводника, и мы пошли рядом.
Несколько вполне бесконечных минут спустя я наконец понял, что мы уже давно вышли из комнаты, где остался Джуффин, и бредем по какому-то пустынному пространству, которое казалось мне скорее «улицей», чем «помещением». Впрочем, мои суждения об этом невероятном месте вряд ли заслуживают внимания – как любая попытка присобачить знакомые определения к непостижимым вещам.
– Ты знаешь, что встреча со мной – самая большая удача в твоей жизни? – неожиданно спросила Тень.
Я молча покачал головой.
– Мой собственный опыт свидетельствует, что Вершители бесстыдно могущественны, но слишком уязвимы, – тоном университетского профессора сообщила Тень. – Тот, кого называли Мёнином, дорого заплатил за удовольствие узнать о собственной уязвимости. А тебе почти не придется платить за счастье стать неуязвимым. Всего одиннадцать корон. И еще немного страха и боли. Действительно совсем немного, можешь мне поверить.
– А можно узнать, что с тобой… с ним произошло? – спросил я.
Мне, ясное дело, нужно было срочно отвлечь себя от панических размышлений об обещанных «страхе и боли» – тут годился любой способ. Кроме того, меня действительно одолевало любопытство, поэтому я продолжил:
– Я не раз слышал, что Король Мёнин исчез, но слово «исчез» имеет смысл только для тех, кто остался дома. А с тем, о ком говорят, что он «исчез», случается что-то более конкретное. Смерть, или другая жизнь, или…
– Можешь считать, что с Мёнином случилось именно «или». Во всяком случае, не смерть и не «другая жизнь». Может быть, когда-нибудь ты узнаешь точный ответ, может быть – нет. Там видно будет. Остановись, нет нужды идти дальше. Это место ничем не хуже прочих.
Я остановился и огляделся. Я все еще был беспомощен, как очкарик, лишившийся своих толстенных линз: вокруг по-прежнему плясали расплывчатые цветные пятна.
– Здесь очень красиво, – заметила Тень. – У тебя еще будет возможность в этом убедиться. Покажи мне твою левую руку, Вершитель.
Я повиновался. Ее руки оказались неожиданно теплыми и мягкими. Тень осторожно разжала мои пальцы и сосредоточенно уставилась на значки, возникшие на моей левой ладони вместо обычных линий Жизни, Судьбы и чего-то там еще, после того, как старый кочевник Файриба произнес вслух мое громоздкое Истинное имя. Каюсь, я сам так и не сумел его запомнить.
– Это самая удивительная надпись, какую мне когда-либо доводилось видеть, – наконец сказала Тень. – Я знаю древний алфавит Хонхоны, но не могу прочитать твое Истинное имя. Оно каким-то образом ускользает от моего внимания. Что ж, тем лучше для тебя. Теперь дай мне меч.
Мне очень не хотелось отдавать Тени свое новое приобретение. Не то чтобы я всерьез собирался сражаться за свою жизнь с помощью этой громоздкой штуки. Просто прикосновение к мечу дарило мне ни с чем не сравнимое чувство спокойствия и защищенности.
И все-таки я протянул ей меч. Что-то во мне знало, что так надо, потому что… Впрочем, в разъяснения это самое «что-то» не вдавалось. Дескать, делай, что велят, и не квакай.
Без меча я сразу почувствовал себя чертовски одиноким и беззащитным. И еще мне стало очень страшно, потому что я внезапно понял, зачем Тень Короля Мёнина забрала у меня оружие.
