– Не бойся, – мягко сказала Тень. – Я не собираюсь причинить тебе вред. Наоборот. Ты действительно слишком живой. И поэтому все время чего-то хочешь и чего-то боишься. Твои ощущения перехлестывают через край, их аромат как магнитом притягивает к тебе смерть. Рано или поздно она поймает тебя, сколько бы защитных талисманов и могущественных друзей тебя ни охраняли. Смерть любит Вершителей, мы для нее – самый лакомый кусочек. Поэтому она всегда съедает нас целиком. Люди, знаешь ли, стараются верить, что за Порогом ничего не заканчивается. Иногда это становится правдой, по крайней мере, для некоторых. Но не для Вершителей. Наша смерть – это всегда конец. Такова плата за могущество, которым почти никому из нас не удается толком воспользоваться. Ты и сам всегда это предчувствовал, правда?
Я молча кивнул, содрогаясь от ни с чем не сравнимого ужаса, столь сильного, что его можно было принять за физическую боль. Я действительно всегда думал, что разнообразные версии загробной жизни – всего лишь успокоительная колыбельная, милосердно оберегающая нас от отчаяния и безумия. И здорово подозревал, что меня эти обещания не касаются. Это знание немного походило на ноющую боль в груди, и мне оставалось только благодарить небо, что оно не было сродни сводящей с ума зубной боли.
– А сейчас успокойся. Ничего не делай, просто смотри на свою левую руку, – велела Тень. – И не нужно бояться. Все будет хорошо. В этом месте невозможно умереть по-настоящему.
– Только понарошку? – усмехнулся я.
А потом покорно уставился на переплетение таинственных узоров, украшающих мою левую ладонь. Я смотрел на них, когда зеленоватая сталь меча пронзила мою грудь так легко, словно я был не человеком, а ломтем мягкого масла. Я отметил это с равнодушным любопытством, словно был сторонним наблюдателем, а не главным действующим лицом этой сценки из рыцарского романа. Впрочем, мгновение спустя мне пришлось убедиться, что боль от раны в груди была нормальной, человеческой, почти невыносимой болью. Я бы, пожалуй, заорал, но не смог издать ни звука, только судорожно дернулся рот, а лицо стало мокрым от пота или от слез, сам не знаю.
– Боль быстро пройдет, – пообещала Тень. – Хорошо, что ты устоял на ногах. Это добрый знак.
Боль действительно стала слабее – настолько, что это уже вполне можно было переносить.
– Видишь, что стало с мечом? – спросила Тень.
Я опустил глаза и увидел, что древнее оружие, насквозь пронзившее мою грудь, уже почти исчезло. Меч таял, как лед на солнцепеке. Боль тоже уходила, и вместе с ней уходило что-то еще. Может быть, вместе с ней уходил тот смешной мальчик, которым я был когда-то – не так уж давно, если честно.
– Теперь меч всегда будет с тобой. Так лучше для вас обоих. Тебе нужен хороший охранник, а мечу уже давно требуется надежный тайник. Твоя грудь – именно то, что надо. Во всяком случае, это гораздо лучше, чем дрянная, спьяну вырытая яма в Шимурэдском лесу. Боль уже прошла?
– Почти, – кивнул я. – Для человека, которого только что убили, я чувствую себя превосходно. Ноет немного, словно меня продуло на сквозняке.
– «Сквозняк» – это ветер?
– Во всяком случае, они близкие родственники.
– Тогда считай, что так оно и есть. Смерть похожа на ветер – невидимая, но ощутимая сила, которая всегда готова сбить нас с ног. Может быть, эта боль будет возвращаться к тебе – изредка и всегда ненадолго. Не слишком высокая плата за неуязвимость.
– Хочешь сказать, я только что стал бессмертным? – равнодушно спросил я.
Удивительное дело, еще несколько минут назад я мог бы потерять голову от такого предположения, а теперь мне было все равно.
– Не бессмертным, а неуязвимым. Это значит, что смерть действительно будет обходить тебя стороной – до поры до времени. Когда-нибудь она найдет способ добраться до тебя. Ничего, у тебя еще будет возможность узнать, как Вершители обманывают смерть. Пока ты еще слишком молод. Мне даже поверить трудно, что можно быть таким молодым.
– Можно, как видишь. – Я пожал плечами. – Впрочем, иногда мне кажется, что я родился очень давно. Только мое «давно» нельзя измерить часами.
– Все Вершители принадлежат вечности, и ты постепенно начинаешь это понимать, – согласилась Тень. – А теперь поговорим о деле. Ты хочешь отправиться на охоту за моей мышью?
– Вряд ли я этого действительно хочу. Но мне придется это сделать. Пострадали люди, за которых я несу ответственность. А ты можешь мне помочь?
