Вечером того же дня пошёл мелкий осенний, дождь. Костюшко вместе с Иосифом Орловским, набросив на плечи плащи, подходили к назначенному месту, где их уже ожидал Казимир Сапега. Рядом с ним стояли те же два кадета, которые были свидетелями возникшего конфликта. Больше никого вокруг не было видно, что способствовало сохранению тайны о происходящей дуэли от посторонних любопытных глаз, и это было на руку дуэлянтам и их секундантам.
По правилам, установленным самими кадетами Рыцарской школы, поединки подобного рода проходили на шпагах до первой крови. При даже лёгком ранении одного из дерущихся дуэль немедленно прекращалась, и обе стороны считались удовлетворёнными, а честь защищённой. Все участники таких дуэлей понимали, что может произойти если ранение окажется тяжёлым или, не дай Бог смертельным. В лучшем случае последует исключение из Рыцарской школы, в худшем — королевский суд.
Если бы Тадеушу Костюшко пришлось участвовать в подобном поединке ранее, то он наверняка был бы поражён соперником. Но к моменту этой дуэли он шёл на встречу со своим обидчиком более уверенным в своих силах. Кроме плановых занятий по фехтованию на шпагах, которые проводил в Рыцарской школе один из опытных фехтовальщиков Франции, Костюшко брал дополнительные уроки по овладению этим холодным оружием у одного из шляхтичей и за это короткое время сумел добиться неплохих результатов. Этого учителя Тадеушу предоставил по его же пожеланию из своей личной охраны Сосновский. Причём Юзеф Сосновский сделал это с радостью, так как уже в этой просьбе молодого человека он увидел его стремление достичь максимального результата не только в изучении различных предметов и чтении книг.
— Настоящий шляхтич должен быть рыцарем как в душе, так и в своих действиях, — сказал Костюшко его покровитель, когда тот изложил ему свою просьбу.
И теперь Костюшко решительно шёл на встречу со своим обидчиком, хотя внутри всё-таки сидел холодок того страха, который испытывает любой человек, совершающий впервые в своей жизни какой-то значимый поступок: первое свидание и первый поцелуй, первый бой и первая дуэль.
Подойдя поближе к Сапеге и его секундантам, Костюшко кивком головы выразил готовность приступить к дуэли. Оба соперника сбросили плащи, обнажили шпаги и стали в стойку, готовые начать поединок. За это время никто не произнёс ни слова: ни дуэлянты, ни их секунданты. Все находились в ожидании разрешения конфликта.
Сапега первый сделал несколько выпадов, проверяя, насколько Костюшко владеет шпагой. Почувствовав от него уверенный отпор и твёрдость ответного удара клинком, Сапега на мгновение пожалел о том, что стал инициатором поединка. Он хотел публично унизить этого простого шляхтича, который непонятно каким образом оказался среди избранных, и надеялся разделаться с ним у всех на виду быстро и красиво. Но соперник оказался не таким простым, как представлял себе сын магната.
Клинки скрещивались и отскакивали друг от друга, соперники меняли положения, передвигаясь с места на место, иногда спотыкаясь на мокрой траве. В один из таких неприятных моментов Костюшко поскользнулся, потерял равновесие и упал, не выпуская из правой руки шпаги, опершись о землю левой рукой. Сапега не стал использовать удобный для себя момент и благородно подождал, пока Тадеуш поднимется и будет готов вести поединок дальше.
Поднявшись с земли, Костюшко благодарно кивнул Казимиру Сапеге и выразил готовность продолжить поединок. Но продолжение было коротким: в какой-то момент клинок Костюшко скользнул по клинку Сапеги и задел его руку. Рукав поражённого соперника обагрился кровью, и дуэль была мгновенно остановлена. Рана была не опасная, и все присутствующие облегчённо вздохнули.
Перевязав рану и остановив кровь, бывшие соперники вновь подошли друг к другу. Сапега первым протянул Костюшко руку:
— Я полагаю, этот поединок останется для всех в прошлом, — сказал Сапега, огладываясь на своих товарищей. Те с готовностью закивали в ответ. — Ну а тебе вот моя рука как предложение дружбы. Надеюсь, что все обиды забудутся, и моё предложение не останется без ответа.
— Принимаю предложение с радостью, — ответил Костюшко в ответ и пожал протянутую ему руку, глубоко вздохнув с облегчением, и на его лице появилась красивая и искренняя улыбка.
Возвращались бывшие дуэлянты в здание школы порознь, заранее об этом договорившись, чтобы не привлекать внимание служащих и кадетов. Ведь на рукаве у Казимира Сапеги, будущего магистра польских масонов, ещё проступало красное пятно от полученной на дуэли раны.
Запалив свечу и присев за столом, Тадеуш поставил ноги в тазик и открыл учебник по французскому языку.
