— А толку? — Меланхолично спросил мальчишка, тихонько перебирая струны.
— Вы снова поете? — Улыбнулась я.
— Точно. Чего и тебе желаем. — Эль протянул мне гитару. Надо же, он мне доверяет петь! — А теперь пой, просто пой…
— Интересно. — Даниэль задумчиво на меня смотрел. — Это тебя Индиго научил?
— Нет, с чего ты взял? Просто он когда-то пел мне… Вот я и подумала…
— У тебя потрясающий голос.
— Ладно, Эль, нам пора, — вдруг засобирался Эрих. Через минуту их уже и след простыл. Потом мы с Данте допили вино, а потом… Потом было все то, чего я так долго желала…
Утро. Странное серое утро за чужими окнами. Кажется, мы вчера несколько перепили. С Данте. А потом все закончилось в постели, чего и следовало ожидать.
Утро получилось сумрачное. Тяжелые грозовые тучи нависали над Атином и угрожали дождем. Мне казалось, что тяжелые облака пытаются поглотить Город из стекла и стали. Они плыли так низко, что могли зацепить темно-серым брюхом шпили домов, могли упасть на один из уровней, а могли улететь куда-то далеко, на другой край мира, и уже там пролиться частым затяжным дождем.
Данте тихонько сопел рядом. Куда-то исчез самоуверенный хозяин жизни, он ушел туда же, куда бедный, незаметный художник. Появился кто-то третий, кого я еще не знала, но заочно была влюблена до беспамятства. Он дернулся, судорожно прижал меня к себе. Мой мужчина, который боится потерять и не любить. Который не согласится отпустить, нет. Не сегодня. Никогда.
Я лежала, не двигаясь. Не хотела потревожить спящего рядом Данте. А ведь та леди из снов советовала обратить на него внимание. О чем я ни мгновения не пожалела. Данте — не Лит-ар, и сейчас (да и после) мне не нужно лишних сравнений и воспоминаний.
Я старалась не думать, сводила все мысли к грозовому небу за окном. Тучи от горизонта до земли. Красиво.
Я завела себе любовника. Я не уйду от Данте и только смерть разлучит нас. Потому что у меня больше не осталось сил каждый день видеть мужа и терпеть его выходки. Мне стал противен его запах и его прикосновения, даже его великолепное янтарное тело больше не вызывает былого восторга. Мы изменились. Или слишком хорошо друг друга узнали? Нас сблизил еще не рожденный сын и окрыляющая влюбленность. Только война, которую затеял Дан-ин, перевернула все с ног на голову, расставила все точки над ё. Думаю, Дан затеял это для Лит-ара. Его сын должен был выиграть там, где многие потеряли все, включая жизни. И теперь муж пожинает плоды отцовской игры. Все-таки, Лит-ар никогда не станет мастером игры и интриг, для этого нужно иметь еще и фантазию, а не только шахматное мышление. Он — мастер бизнеса, и ничего кроме ему не интересно.
А теперь у меня появился Данте, мой любимый художник. Мое спасение от серых будней и семейных проблем. Мой и только мой, ничей больше.
Вдруг я с удивлением обнаружила, что смотрю в зеленую пропасть его глаз. Он улыбался. На моем лице тоже расплылась идиотская, совершенно счастливая улыбка.
— Доброе утро, любовь моя, — Данте нежно поцеловал меня за ушком.
— Доброе утро, чудесное, восхитительное, — немедленно согласилась я. И вернула ему поцелуй, даже не один; Данте с восторгом продолжил предложенную мной игру. Ближе к полудню мы все-таки выбрались из постели. Я решительно не стала ничего надевать, решила его немного подразнить. Впервые за несколько лет я снова чувствовала себя настоящей женщиной.
— Таль, прекрати немедленно! — Данте сжал меня в кольце своих рук и поцеловал. — Если мы сейчас не остановимся, через час здесь будет Эрих зачитывать нам список наших прав и обязанностей.
— Нда, с него станется, — проворчала я и пошла одеваться. Меня мучил единственный вопрос: где я оставила платье? — Данте, сделаешь пока кофе?
— Таль, для тебя я даже сок найду!
— Не нужно подвигов! Пока только кофе!
— Пока?
— Ну да. Подвиги будут потом. У нас еще масса времени. — Наверное, мне показалось. Или у Данте аллергия на пафосные слова? Или можно еще что-то придумать… но у него слезились глаза, да…
Платье я нашла, но в очередной раз попыталась потерять обувь. Мы выпили кофе, вместе полетели в Галерею. Мы не хотели отпускать друг друга. Это было слишком сложно, расстаться вот так, чтобы увидится всего через несколько часов…