— Для начала — просто выжить. Думаешь, тебя все будут встречать с оркестром, цветами и ковровой дорожкой? Найдутся «доброжелатели», которые захотят сделать тебя действительно последней а'т'Эрри.
— Откуда такие сведения? Индиго…
— Я просто хорошо изучил эльфов, любовь моя. И не важно, Светлые они или Лунные, суть от этого не меняется.
— Но мой клан…
— Таль, я буду счастлив, если все произойдет не по моему сценарию.
— А потом?
— Потом тебе необходимо разобраться со своим кланом. Малыш, тебя слишком долго не было дома, да и тогда ты не могла кем-то управлять. Сейчас тебе необходимо получить авторитет среди своих кланников. И влияние на них, разумеется. Иначе на шею сядут и ножки свесят. И рядом не всегда будет Рэйн или Алгор.
— Знаешь, любимый, я одно поняла из всей твоей прочувствованной речи. Мне нужно срочно учиться плохому! Без вариантов…
— А вот и туфельки! — Довольно улыбнулся Инди.
Мы несколько часов бродили по Галерее. Просто держались за руки, молчали. Может быть, стоило рассказать Индиго обо всем, что связывало меня с этим местом? Мои картины, моя память… худшее из зол. А еще — я. И дело не только в ушедших друзьях, не в перерыве между работами в двадцать лет. Не только в этом. Просто это место стало для меня вторым домом, делом моей жизни. Наверное, Галерея была для меня своеобразной тренировкой перед управлением бандой истеричных отморозков. Эрих ведь на первых порах тоже был абсолютным… нулем. Память…
Но слов не было. Ни для Индиго, ни для меня самой. Все, что я хотела сказать, я давным-давно сказала себе. За двадцать лет было произнесено… достаточно.
Стук моих каблуков казался мне оглушительным. Никогда не носила туфли на каблуках. Никогда раньше не чувствовала себя настолько ослепительной женщиной. Хотя, раньше и повода не было. А сейчас…
Галерея осталась такой же, какой я ее запомнила. С одной стороны — день. Синеватые потолки с матовой подсветкой, стены — жемчужно-белый мрамор с синеватыми прожилками, витые колонны, больше похожие на окаменевшие побеги дикого винограда. А с другой стороны начиналась ночь Данте. Черная, беспросветная, безлунная ночь. На потолке тусклыми звездами горели светильники, на стенах в неглубоких нишах, как первые межзвездные космонавты в криованне, были утоплены картины. Подставки для голограмм и скульптур были полускрыты под куполами с тусклой подсветкой. Изменилась только экспозиция. Танцы, танцовщицы и все, что с этим связано. Основную выставку Лаллея так и не решилась поменять. Может, и нужно не было? Такое странное место получилось, эта Галерея. Сюда хотелось… возвращаться. Потому что каждый раз можно увидеть что-то новое, понять что-то важное, получить вдохновение на еще пару месяцев жизни…
…Оглушительный стук каблуков по мраморному полу…
(Таль, эти цвета не подходят — слишком мрачные. Как насчет синего?)
(Началась война Земли-1 с Аллерой)
Иногда ко мне подкрадывается чувство, будто я схожу с ума. Медленно, неотвратимо. Бесповоротно. Голоса в голове, сумбурные воспоминания о войне, об ушедших друзьях; в голове перемешались песни Индиго и Даниэля, сны и боль. Просто отголоски той боли, с которой я смирилась и привыкла жить.
…Оглушительный стук каблуков по снежно-белому мраморному полу…
Хотелось просто закричать. Вдохнуть воздух поглубже, взять ноту повыше и — кричать. Кричать только для того, чтобы разрушить эту мертвую, ненастоящую тишину.
Но вместо этого я стала говорить. Тихо нашептывала Индиго историю каждой картины, скульптуры, каждого закоулка Галереи. Я рассказывала о наших с Дан-ином ссорах и бессонных ночах, о нашей маленькой победе над Городом. О нашей Галерее, которую я бросила из-за Данте.
— По-моему, нам пора. — Мы с Индиго стояли на открытой всем ветрам терассе. Она мягко обвивала верхние этажи здания Галереи, здесь можно было просто подышать свежим воздухом и полюбоваться Городом.
— Я не хочу домой, — я запрыгнула на перила и зашагала по ним. Достала из кармана пачку сигарет, закурила. Индиго молча шел рядом, видимо, решил подстраховать. А я беззаботно шагала по перилам, время от времени глядя в бездонную пропасть под ногами. Интересно, если я захочу спрыгнуть, Индиго успеет меня словить? И сколько мне придется лететь, прежде чем я разобьюсь о какой-то уровень?
— Таль, бросай курить, ставай на лыжи.
Я бросила окурок вниз, он падающей звездой скрылся в провале уровней. Я задумчиво посмотрела в черную бездну и прикурила еще одну сигарету. Пара глубоких затяжек, никаких мыслей, тишина вокруг. Вернее, с эльфийским слухом тишина — понятие относительное. Я слышала тихий гул пролетающих мимо флаев, далекие звонкие голоса и смех, оглушительный стук сердца своего возлюбленного. Почти тишина.
Домой не хотелось. Я хотела насладиться свежим воздухом, легким, ненавязчивым запахом своего мужчины, тонкой полоской перил под ногами… Черной бездной уровней за перилами, сигаретой в руках… Сколько раз я мечтала о счастье? А мое счастье выглядит как двухметровый синекожий Лунный эльф. Ирония судьбы…
— Инди? — Я шла по перилам, пританцовывая. В голове вертелись его песни…
