— А ты откуда все это знаешь, а? — Так, надо что-то делать с этим ехидным оскалом, а то Данте скоро удар хватит.
— А как ты думаешь?
— Думаю, в это дело влез твой недалекий во всех смыслах предок, которого вовремя не оценили по заслугам. У него возникла какая-то интересная гипотеза, но подопытного ему не дали, поэтому все так и осталось в области теорий. Скорее всего, вдобавок ко всем неприятностям, у него была не в меру любопытная жена, которая любила совать нос в его исследования. Она же рассказала эту поучительную историю своим детям в виде сказки на ночь, а дети были слишком впечатлительные и все это запомнили. А потом передали своим детям. И почему-то ты догадался, что это не сказки. Наверное, нашел старые кристаллы с его исследованиями. — Я смотрела на отвисшую челюсть Данте.
— Откуда ты это знаешь?! — С трудом выдавил он. Я улыбнулась, показав клыки.
— Данте, а как ты думаешь? — Прощально-ехидная улыбка — и я бесплотной тенью выскальзываю за двери. Действительно, откуда я все это знаю?
Я снова бродила по уровням Атина, оглядывалась по сторонам, словно впервые увидела этот мир. Я бродила по безлюдным улицам, у меня сложилось впечатление, будто на Атине все вымерли. Никаких флаев, людей, инородцев. Тишина. Гулкое эхо моих шагов заблудилось между домами и унеслось куда-то ввысь, к небесам, и бесследно растаяло, как предрассветный мираж. Белоснежные облака медленно и величественно плыли на север…
Эллис не захотела мне помочь. Она определенно что-то знает о моей дорогой тетушке, но не хочет делиться со мной своими знаниями. «Меньше знаешь, крепче спишь». Дельный совет, я не спорю. Только уже пару месяцев как не актуален. С тех пор, как я переселилась на Атин.
Боги и демоны, когда же это кончится?! Что затеяли эти?..
Дрэйя сидела у порога, какая-то уставшая и невыспавшаяся. Что на нее нашло на этот раз? Вид у моей кошки, словно она пешком до Атиса добиралась.
— Привет, кошка. Что с тобой? Ты не заболела? — Она отрицательно помотала головой. — Тогда, может, пойдем пообедаем? — Дрэйя посмотрела на часы с таким видом, будто кто-то из нас потерялся во времени, причем этот «кто-то» явно не она. Ну-ну. — Хорошо, тогда поужинаем? А потом сходим к фонтану? — Моя идея была воспринята кошкой просто на ура. Прогулка на свежем воздухе еще никому не помешала. Мы быстро поужинали, я переоделась, Дрэйя умылась, и мы пошли на прогулку.
Вечером на Атине не протолкнуться. Спадает жара, Бюро Погоды включает легкий тропический бриз, оба солнца нехотя закатываются за горизонт. Красиво.
Мы стояли у фонтана и слушали музыкантов. Дрэйя косилась на кафе. Неужели ужина ей показалось мало?!
Странная музыка вырывалась из плена инструментов, эхом отражалась в воде фонтана, играла вместе со стеклянными и хрустальными фигурами, многократно отражаясь от них, и растворялась среди лабиринтов улиц. Дрэйя прислонилась шелковистым боком к моим ногам и не спешила отходить. Мы просто слушали музыкантов и вместе удивлялись их удивительной, живой музыке, мы вместе с ними проживали каждую историю, рассказанную нотами. Я прикрыла глаза, ловя бессвязные обрывки видений.
Море, шторм. Волны почти с головой накрывают одинокую женскую фигуру. Среди стихии она кажется такой… хрупкой. И такой бесконечно любимой…
Маленькая комната, больше похожая на кабинет. Атмосфера бесшабашного веселья, легкости. Так чувствуют себя люди, знающие друг друга не один десяток лет, но которым все еще есть о чем поговорить. Друзья. Те, которые придут на помощь, как бы заняты не были. И не потребуют ничего взамен…
Лес. Высокие деревья, пение сотен птиц. Два человека сидят в непролазных кустах, охотятся. Парень слышит что-то подозрительное, резко вскидывается, предупреждает девушку. Ее лицо мгновенно теряет человеческие черты, уже в прыжке она превращается в элегантную золотую пантеру…
Музыка стихла внезапно, эта история закончилась. Но что-то мне подсказывало, что у музыкантов таких историй-видений еще много… Бесконечное множество, и желание их рассказать. Потому что ни у кого нет сил забыть золотоволосую леди-оборотня…
Мне почему-то показалось, что эти песни нужно услышать Данте. Иначе он никогда не сможет стать до конца собой. Я помогаю людям. Иногда. Если это в моих силах.
