— А я откуда знаю? — Я наивно хлопнула ресницами. — Если уж ты темпоральные бомбы добыл, еще и в таких количествах, то один новый флай просто меркнет на их фоне, согласись. Ах да, мне ты так и не сказал, где находится волшебное место, где бомбы лежат… — Я прошлась вокруг него, пару раз «нечаянно» задев его ладошкой. Лит-ар начал откровенно беситься. Мой дорогой никак не мог взять в толк, что мне нужен только флай и ничего больше.
— Ладно. Будет тебе флай! Только все выходные ты проводишь с Аст-аром.
— Не вопрос. Только ты отпускаешь нас на Атис. Или на Арин, я еще не решила.
— Что-то я никак не пойму, кто кого пытается шантажировать?! — Лит-ар рассмеялся, прижал меня к себе и поцеловал.
Я удивленно смотрела на него. Он не менее удивленно смотрел на меня.
— Будет тебе флай. Ты свободна. — Он резко отвернулся и пошел по своим таинственным делам. Мне удалось избежать скандала, отдельное ура мне. И у меня будет флай. Замечательно! То, что доктор прописал!
Я подошла к фону, отправила запрос на участие в гонках. Ввела номер свидетельства, модель флая, и еще кучу ненужной информации. Получила подтверждение, нужно будет похвастаться мужу. Ах да, еще нужно изучить конкурентов. Но этим я займусь в следующий раз, например, завтра. А послезавтра я иду на аукцион. А потом мне Лит-ар подарит флай, и мы с сыном полетим на спутники. А потом…
У меня еще вся жизнь впереди. Может быть, мы еще успеем помириться с Лит-аром? Может, мы еще все успеем?
Я сама не заметила, как провалилась в глубокий сон…
Ночь. Мне снится ночь. Никогда раньше я не видела ночь во сне, но ведь все когда-то бывает в первый раз. Ночной Атин прекрасен. Мой мир, такой, каким он был до войны. С зелеными небесами и фигурами у фонтана. Теперь они остались только в моей памяти. После всего, что было… мне даже небеса кажутся не такими зелеными, как раньше. А фонтан был разрушен в первую же бомбежку. Сейчас на той площади построили фонтан. Тоже с фигурами из странного материала, то ли стекла, то ли хрусталя, то ли с добавлением алмазной крошки. Но — фонтан уже не тот. Он не поет старые песни, и ветер не блуждает между странных, нечеловеческих фигур.
Я сразу полюбила этот сон. Сколько раз я мечтала вернуться к своему фонтану? И спеть с ним в два голоса. А в этом сне я сидела на его бортике и внимательно смотрела на летящие вверх, к небесам, мощные струи воды. А потом я увидела ее… Ту самую женщину, что не приходила ко мне уже столько лет. Она улыбнулась тонкими губами, подкрашенными жемчужной, немного бледной помадой. Огромные фиолетовые глаза, кажется, занимают пол-лица, ироничный и заинтересованный взгляд пробирает до костей. Высокие скулы, немного впалые щеки, изящная шея плавно перетекает к маленькой груди. Узкая талия, узкие бедра, длинные ноги. Высокая, стройная, гибкая, изящная, чем-то напоминает хлыст. Нечеловеческая грация движений. Коротко остриженные волосы цвета розового жемчуга.
— Ну, здравствуй, — она изо всех сил пытается сдержать улыбку и выглядеть строгой учительницей. Что ей на этот раз понадобилось, хотелось бы знать.
— Привет! — Я беззаботно опускаю руку в фонтан. Холодно.
— Как жизнь? — Интересуется она, и становится заметно, что тема ей действительно интересна. Она нетерпеливо стучит ножкой по плитке площади.
— Ничего так. Иногда.
— А иногда?
— Не знаешь, где можно взять немного мышьяка и vie-llane?
— Ха! Сама думаю, где б такого счастья добыть… — мы с ней синхронно рассмеялись. Странно, насколько похож наш смех. Он словно сливается в одно целое, будто не два человека смеются, а один…
— О чем ты хотела поговорить? — Я замолкаю и внимательно смотрю на нее.
— Почему ты так решила?
— Ты никогда не приходишь просто так.
— Уговорила, — она делает театральный жест рукой, отдающий пафосом. — Я хотела показать тебе сон, — ее мягкая улыбка сбивает с толку. Актриса, что с нее возьмешь?
— Но у меня уже есть сон. Этот.
— А давай представим, что ты спишь и видишь сон?
— Это как?
— Это так, — она сделала сложный взмах рукой. Что она хотела этим сказать, я так и не поняла. Но сон вокруг меня изменился. Теперь я лежала в своей кровати в моей старой квартире, в той самой, что мне оставила тетушка, в которой я жила до замужества. Я лежала на кровати под теплым сине-зеленым пледом и видела сон…
Чей-то чужой праздник, много народу, нитка жемчужного ожерелья в руках мужчины, которого я никак не могла вспомнить. Его золотые глаза. Море ярких красок и синее небо над головой, почти как на Земле-1. Только это небо гораздо более насыщенного оттенка. Разноцветные палатки, живые деревья и кусты, клумбы с роскошными разноцветными цветами. Белоснежные домики, изящные и вычурные, словно кружево из слоновой кости. Резные балкончики, а на них — то же цветочное великолепие. Пение птиц.
Мужчина с золотыми глазами. Я знала его когда-то. Но не помню ни имени, ни его самого. Только золотые глаза и ощущение покоя. И нитка жемчуга в его руках…
— Просыпайся, — зовет меня женщина. Я послушно открываю глаза. Я спала, и мне снился сон, что я сплю. Так странно.
— Что это было?
