Мы договорились с Люси в субботу поехать в зоопарк посмотреть на медведя. Еще она заявила, что слонику нужен друг. Что ж, придется собирать коллекцию слоников.
Поставив «Шевроле» у дома, я отправился побродить по улицам. Известие о завтрашней большой игре не давало покоя. Пятьдесят тысяч евро! Я играл по пять тысяч, максимум – по десять тысяч, но пятьдесят – это слишком много! Дождь закончился, светящиеся окна отражались в морщинистой поверхности луж. Холод и сырость с каждым шагом все глубже проникали в тело.
У меня было странное ощущение, что судьба издевается надо мной – опять искушает. Я только что влетел с акциями фабрики, и тут же поступило предложение сыграть по-крупному в покер. «Что, страшно? А ведь это твой шанс отыграться», – казалось, шепчет Фортуна, насмешливо глядя из луж желтыми глазами фонарей. Прошагав туда и обратно пару кварталов, я понял, что если не выпью виски, то заболею.
В ирландском баре пахло чем-то пригорелым. Вихрастый бармен налил мне «гангстерский» виски.
– Последний, – произнес он с сожалением, глядя на пустую бутылку. – Я специально звонил, чтобы заказать для вас еще, но, увы. Видно, слишком много желающих стать такими же храбрыми и богатыми, как Аль Капоне.
– Да, все хотят больше, чем имеют, – согласился я.
– Но зато у нас появилась новинка. – Бармен ткнул пальцем в меню. – Омлет по-нормандски с яблоками. Будете?
Я утвердительно кивнул.
Пока ждал омлет, вспомнил последнюю встречу с адвокатом, когда он предлагал продать акции за двести пятьдесят тысяч. Теперь понятно: он беспокоился за Марго и Элизабет. Видимо, догадался (или знал), что они причастны к сделке, а так как смерть Барбары могла резко все осложнить, он проявил родственную заботу. Вдруг я, разозлившись на подставу, начну собственное расследование и, кто знает, до чего докопаюсь. Добрый дядя решил подстраховаться и явно не бескорыстно. Заполучив контрольный пакет, он бы без проблем прибрал фабрику к рукам. Честь семьи дорогого стоит, но зачем же переплачивать!
Вскоре передо мной стояла огромная тарелка с омлетом. Пышная, слегка зажаренная корочка, запеченные яблоки и привкус корицы. Не знаю, откуда повар достал рецепт, но омлет удался. Оказывается, как мало надо человеку – видеть, как исполняются его скромные желания, знать, что о нем где-то помнят… Это вселило уверенность, хотя и не прибавило денег.
Расплачиваясь, оставил чаевых ровно еще на один заказ.
Перед тем как заснуть, долго ворочался – почему-то чувствовал себя виноватым перед Марго и за это злился на себя. Надо мстить и ненавидеть, а мне жалко! Если завтра не найду денег, то в пятницу придется распрощаться с мыслью когда-нибудь посадить розы на клумбе перед фабрикой. А может, сыграть в «большую» игру в покер?
В четверг я заехал в контору к брокеру. Он сидел в кресле, наблюдая, как взлетают и падают графики на двух мониторах.
– Салют, – сказал он. – За деньгами?
– Да, завтра погашать кредит. Есть интерес к акциям фабрики?
– Нулевой, – «обрадовал» брокер. – Я же тебе сразу объяснил: продать акции мелкой фабрики трудно. Тут нужен особый клиент. А вот свои биржевые активы ты продал очень не вовремя – все круто прыгнуло вверх! Народ бабок заработал!
– Знаю, у меня всегда так, – сердито буркнул я. – Кажется, что все делаю правильно, но в последний момент «бац» и срывается. Как на рыбалке – клюет, а вытащить не могу.
– А ты крючок побольше брать не пробовал, или наживку поаппетитнее? – подмигнул брокер.
В этот момент график на одном из мониторов резко дернулся вверх, и брокер тут же крикнул кому-то, чтобы продавали. Через мгновение кривая опять скатилась вниз. Он довольно потер руки.
– Ну вот – чудесное утро, отличная поклевка. Немного заработали, всего-то полпроцентика.
«Всего-то… – усмехнулся я про себя. – Если у тебя крутится миллионов десять, то полпроцента – это пятьдесят тысяч за минуту!»
– Слушай, а может, выручишь в такое чудесное утро? – обратился я к нему. – Всего-то тысяч сто на пару месяцев…
– Мистер Джек, ты же знаешь мои принципы, – он улыбнулся. – Я даю деньги только под залог ликвидных бумаг, а акции твоей злополучной фабрики… – Он развел руками. – Сам понимаешь…
– Понимаю, – кивнул я. – В банке правила, у тебя принципы, а кто-то ночует под мостом…
Договорить не удалось, в кабинет вошла референт брокера. Ее пышную грудь обтягивала та же майка, в которой она была на вечеринке. Бюстгальтер под майкой отсутствовал. Я отвел глаза, во рту появился привкус салями.
– Ну что, – произнес брокер, когда референт вручила мне конверт с деньгами. – Если не повезет, приходи. Для тебя всегда зарезервировано место в нашей конторе. Будем ловить рыбку вместе. У тебя нюх, а у меня наживка – думаю, отлично получится. Ты умеешь как-то особенно обращаться с дамами – обходительно, а с господами у меня есть кому работать. Так ведь? – подмигнул он референту. Та заулыбалась, одергивая футболку.
– Спасибо, – сказал я, пряча конверт в дипломат. – Управлять чужими деньгами – в этом столько искушения! Боюсь, не удержусь от желания блефовать. Будь здоров!
