Я улыбнулась. Алевтина оказалась не такой уж и злой, как я думала ранее. Это оказалась обычная женщина. Со своими недостатками и достоинствами. Всё было нормально. Но всё же… мальчика того, Димку, очень мне было жалко в тот день. Я знала, что две недели, которые он будет проводить в лагере, пройдут для него мучительно. Я понимала, что мне нельзя этого допустить. Я решила взять ответственность на эти две недели за этого Дмитрия, пока его родителей нет рядом. И я это точно решила.
Глава 7 Поиски одной из вожатых
Вскоре я дошла до домика, открыла дверь и вошла в него. Войдя, я увидела, что на подоконнике сидит Ника и вглядывается во что-то. Мне это показалось странным. Я подошла к Нике Веселовой. Вдруг она сказала:
– Тебе вчера не почудилось.
– В смысле?!– спросила я.– Ты тоже его видишь?
– Видела. Он стоял за воротами и звал повариху. Я по его губам слышала- этот человек говорил имя нашей поварихи «Алла- Мария… сюда…»
– Тебе показалось!
– Я туда смотрела, не отводя взгляд. Как только отвела… он пропал!!! Просто пропал, и всё! Повариха никуда не пошла.
– Значит он не её звал.
– Не-а. Её. У меня талант читать по губам.
– Значит, мы обе его видели.
– Да.
– А как же Ева?
– Давай спросим у неё?!
– Давай. Ева?
Девушка повернулась ко мне с Никой. Она фыркнула, а затем молвила:
– Что?! Кого вы там видели? О чём вы, девчонки?!
– Ты не видела?
– Кого?
– Человека за окном и за забором.
– Нет. Не видела.
– А мы видели!
– В телефоне меньше сидите.
– Говоришь, как моя мама.– молвила Ника.
– Да.
– Странная ты.
– Я не похожа на других.
– Ты странная.
– Глупости. Я нормальная, а вы, обе- странные.
– Ой-ой-ой…
– Ника, я…
– Что?
– Я…
– Я больше тебя не боюсь.
– А боялась?
– Да.
– Ха-ха.
– Теперь не боюсь.
– Ой-ой. Напугала.
– Я тебя не собираюсь пугать.
– Смешно мне.
– Если не хочешь разговаривать- не разговаривай,– вмешалась я в разговор.– Но вот так вот себя не веди, Ева.
– Указывать мне будешь?!
– Да.
– Напугала.
– Нет.
– Пугаешь… я же лучше всех.
– Неправда это.
– Правда.
– Нет. Ты такая…
– Всё!
Ева зло оглядела меня и Нику.
Я бы дрожала под её холодным, как лёд, взглядом, но я уже привыкла к таким взглядам.
Многие люди на меня так смотрели, поэтому привыкла я уже к этому.
А вот Веселова, очевидно, не очень.
Она дрожала и чуть ли не плакала.
Вдруг Ника села на свою кровать и закрыла лицо руками.
Мне стало грустно. Но из-за чего?
Может быть, я слишком уж сдружилась с этой Никой Веселовой?!
Возможно, и так.
Ева ушла, хлопнув дверью. Мы с Никой остались одни.
Я не могла понять, почему Ева такая злая?! Она же в первый день нашего знакомства была добрая и хорошая!
А теперь…
Что с ней стало?!
Вдруг она видела человека за окном, но просто нам не сказала?! Постеснялась, возможно, того, что я и Ника не поймём её… что стало с этой Евой?
Ника вздохнула и легла на свою кровать.
Она вскоре засопела и заснула.
Я тоже легла на кровать, но сна не было ни в одном глазу.
Мне жутко хотелось есть… очень сильно.
Я достала из своего рюкзака ещё одну пачку чипсов и начала их кушать.
В домик вновь зашла Ева. Она презрительно окинула взглядом кровать, на которой спала Ника Веселова и посмотрела на меня.
– Фу…– сказала Ева.– Как она тут спит? Ладно, мне нужно своей самой лучшей подруженьке позвонить. Я пойду в посёлок рядом с лесом, там хоть можно позвонить, наверное. Тут пробовала- нельзя. Я к Алевтине ходила. Она сказала, что звонки осуществлены могут быть только по субботам и воскресеньям. Так что, я в посёлок. Пока-пока.
– Погоди,– молвила я.– То есть тут звонки не…
– Пока.
И Ева Вёслова хлопнула дверью прямо пред моим носом. Обида и грусть пронзили меня. Я заплакала.
Мне не хотелось плакать. Просто так получилось… теперь я точно уже захотела спать. Меня клонило в сон… но я вспомнила про человека за окном и сразу же проснулась. Я поняла, что дверь открыта. «Ева Вёслова придёт-откроет.»– подумала я и плюхнулась на кровать. Приятное и радостное ощущение словно окутало меня с головы до ног.
Вдруг проснулась Ника. Она сонно промолвила:
– Ты дверь закрыла?!
– Нет.– проснувшись, ответила Веселовой я.– А зачем? Ева Вёслова ушла в посёлок. Он недалеко от лагеря… она придёт и закроет эту дверь. Ты спала и не слышала просто, как Вёслова уходила. А я с ней разговаривала.
– Нет. Нужно закрыть и двери, и окна.
– И окна?!
– Да. Так спокойнее.
– Поехали в Тайгу. Так спокойнее. Ах, там же деревья!!! Уберём их. Они могут упасть. Трава… можно поскользнуться и упасть на неё. Трава убрана. А теперь… в жизни можно погрустить. Значит… лучше не жить. Нет! Жизнь без риска- это не жизнь. В жизни, как не крути, всегда был, есть и будет риск. Жизнь прекрасна из-за наличия «оттенков» в ней! Чёрные и белые полосы тут присутствуют всегда и везде.
– Ладно…
– Ева придёт и закроет дверь. Вот так.
– Да.
– А теперь… давай спать.
– Что-то уже не хочется.
– Пошли к детям?
– Пошли.
Вдруг дверь скрипнула. Я знала, что Ева не могла так быстро прийти! Я прижалась к стенке. Ника Веселова повторила это действие. Она держала меня за руку. Ей было, я чувствовала, очень страшно.
Дверь распахнулась.
Там…
Там, на пороге, стояла…
Алевтина Маркова!
