— Она ещё не пришла? — Ваня недоверчиво осмотрел комнатку, словно подозревал её обитательниц в том, что они злонамеренно укрывают его заместительницу от выполнения служебных обязанностей.
— Вы ушли от Литгоу не вместе? — Эван слегка нахмурилась.
— Нет. Она ушла примерно за час до меня. Там произошло… что-то. Думаю, из-за этого она и ушла. Правда, я не понял, что именно.
— Рассказывай.
Спустя полчаса, когда Ваньку, совместными усилиями, выпихали из комнаты, Эван подвела итоги.
— Что ж, думаю, тут всё предельно ясно и понятно, — сказала она. — Полагаю, мы обе отлично знаем, куда отправилась Лея после того, как ушла из дома Литгоу. Вопрос в другом — каким именно образом та девчонка умудрилась сотворить
— Что там думать, — проворчала Тира. — Ворлон хорошо потрудился над этой несчастной планетой. Учитывая нашу всеобщую «любовь» к Пси-корпусу, это может вызвать некоторые затруднения.
— Возможно, нам стоит выйти на контакт с этой организацией вместо того, чтобы прятаться от неё по углам до скончания века? — задумчиво предложила Эван. — Находясь среди них, нам было бы проще разобраться, что они собой представляют, и как с этим бороться.
— Ага… Ты Лее это предложи, только сделай одолжение — предупреди меня заранее — я под кроватью спрячусь, чтобы было кому потом собрать твои бренные останки в целлофановый пакетик… Она же по жизни профессиональный нелегал! Состоять в каком-либо обществе для неё смерти подобно — она даже когда в пионерах была, галстук на голую шею повязывала, пока её из совета отряда не выгнали за поведение, не соответствующее облику будущего комсомольца и коммуниста… Что ты так на меня смотришь?! Это сейчас мы все ровесники, а в ту пору взрослели в разные времена, если не сказать — эпохи. Словом, я вообще удивляюсь, как она умудрилась окончить среднюю школу — с её-то отношением к дисциплине и всяким там общественным организациям! А ты говоришь — Пси-корпус…
— Ну ладно, то — Лея, у неё свои проблемы. А мне опасаться, в общем и целом, особенно нечего — и телепат я не Бог весть какой, и телекинезом особо не владею, за редким исключением, разве что. При желании могу сферу зажечь, — Эван щёлкнула пальцами правой руки, и на ладони расцвёл маленький зелёный пульсар, — предсказать кое-какие события, да и то, не наверняка; ну ещё кое-что по мелочи, конечно. Но вот чтобы оппонентов взглядом душить или телепатические бомбы врагам подбрасывать — это уже исключительно по Леиной части, — девушка встряхнула рукой, и пульсар тут же исчез.
— Не может быть, чтобы ты умела только это!
— Может, и нет, — не стала отпираться девушка, — да только я ещё сама не всё о себе выяснила. Единственное, что знаю наверняка — убить я своим Даром не могу. Нет во мне этого, я уже искала…
— Что-то я не заметила за Леей особой склонности к смертоубийству!
— Наверное, это потому, что её нет, — пожала плечами Эван. — Да разве в этом дело? Дело в исходных данных — а они у Леи от природы тёмные, ну да что я объясняю, сама всё отлично знаешь. К сожалению, в Лее сильна тяга к саморазрушению; сумей её кто-нибудь убедить, будто то, что она может сделать, может быть использовано на правое дело — и мы со стопроцентной вероятностью получим новое оружие Судного дня. К счастью, Лею не так просто в чём-либо убедить.
— И всё-таки не верится.
— Ты так говоришь, потому что не видела её там, на Вулкане, — усмехнулась Эван. — Как сейчас помню этот вечер — стоит у стены бледный Н'Кай, мало по этой самой стене не размазанный; перед ним Лея как тигрица по клетке расхаживает, натуральный Палпатин в юбке, только молнии с пальцев не срываются; а Сорел чуть поодаль грустным голосом Оби Вана Кеноби уговаривает всех участников конфликта добровольно сложить оружие и разойтись по домам и тюрьмам, пока не пострадало мирное население, то есть мы с Джеком. Так вот это, я тебе доложу, была для неё только детская забава…
— Н'Кай? — заинтересовалась Тира. — Вы про него не рассказывали. Кто это?
— О! Н'Кай — это фигура галактического масштаба. Ромуланец, контрабандист, неудачник… словом, парень в нашем стиле. С Сорелом у него трогательные взаимоотношения.
— В смысле?!
— В самом прямом. Какие, по-твоему, могут быть отношения у полицейского и контрабандиста? Именно трогательные, и никак иначе. Лею он боится до коликов, но уважает — как-никак, это она решила ему корабль подарить, и на «Сабрине» заступалась всегда… Ну, любит она на голову больных, что уж тут поделать! А я…
— Что — ты?
— А я его просто жалела всегда — мальчишка, он и есть мальчишка. Да к тому же ещё и такой милый.
— О!
— Ничего и не «о»! Мы просто друзья, и он мне, кстати, тоже кое-чем обязан. Он, правда, пытался со мной заигрывать, но я быстро поставила его на место. К тому же я слишком для него молода.
— Ты?! А Лея для Сорела не молода?
