— Да… «нужны гарантии…» Им нужны гарантии.
— «Им»? Кому — «им»? И что гарантируют? — Алекс задавала вопросы не спеша, но твёрдо. Друг — это друг. Нужно разобраться.
Джон встал, прошёлся по веранде, вернулся, спустился с крыльца, сел на верхнюю ступеньку. Мужчина ХХ-го века закурил бы, но мужчине века ХХIII-го ничего не оставалось, как пуститься в откровенности. И не успела Алекс и двух раз произнести про себя: «Ну, давай уже!.. Рожай!» — как повествование началось.
Часа через два заиндевевшая Алекс звонко чихнула. Опомнившийся звездолётчик в ужасе от содеянного поволок свою жертву на кухню, где накачал горячим кофе и уже почти был готов посадить на плиту, но не успел, ибо сестрёнка, отогревшись, уснула прямо у стола. Однако перенесению себя наверх рефлекторно воспротивилась и, не разлепляя век, удалилась в комнату своим ходом. Весь остаток ночи ей снилась станция, секретное горючее, клингонские и ромуланские шпионы, а надо всем этим безобразием парил хранитель Великого Секрета Джон Литгоу, почему-то в широкополой шляпе и с хлыстом в руке вместо фазера. А Люсик и Пашка, усаживая Алекс в паровозную топку, заботливо приговаривали: «Ключ-личность! Ключ-личность! Ключ-личность!»
Утром она увидела у своего изголовья Лианну с пузырьком какого-то лекарства в руках. В дверях торчала голова изрядно смущённого Джона.
— У меня аллергия на сульфаниламидные препараты… — прохрипела Алекс.
— Бредит, бедняга, — укоризненно покачала головой Лианна, оглянувшись на мужа. Голова Джона немедленно исчезла.
Вспомнив, в каком мире она обитает, Алекс послушно проглотила вкусную терпкую жидкость. Через полчаса она окончательно убедилась, что простуда, несмотря на вчерашние бдения на морозе, ей не грозит. Можно было собираться в Тэпоград.
В день отлёта курсантов режим в Академии исполнялся даже чётче, чем повседневно. Все, от высшего начальства до младшего техслужащего, тщились внушить — и, прежде всего, самим себе — что эта миссия совершенно обычна, вполне безопасна и весьма полезна для образования в целом и посылаемых в частности, не говоря уже о вековой мечте всего прогрессивного человечества — налаживании дружеских отношений с Клингонской Империей. «Сбыть» эту «мечту» каждый, судя по рвению при несении службы, желал буквально с детства.
Неудивительно, что, придя к подругам под вечер, Алекс окинула взглядом собравшееся общество и смогла сказать лишь торжественное:
— Солнышко сияет, барабаны бьют, семнадцатую группу на кладбище несут…
После этой фразы Микки с пронзительным визгом кинулась было вымещать на ней своё горе, но Алекс немедленно добавила «Кстати, с ними летит Сорел!» — и девчонка, как в диснеевском мультике, замерла в наивысшей точке расчётной траектории своего прыжка, чтобы шлёпнуться вниз.
Иван и присутствующий на отпева… пардон, прощальной вечеринке Сэлв переглянулись друг с другом. Гигантское «сожаление» о болезни Совока так и пёрло из сознания молодого вулканца, Алекс даже обратила на это внимание. Но особо задумываться над причинами этого душевного подъёма ей не дали, налетев с вопросами типа «как это случилось» и «откуда ей это известно». Лея, Эван, Ваня и Сэлв хмуро отмалчивались в стороне — похоже, говорить на эту тему им запретили ещё с вечера, в результате чего вся слава носителя доброй вести невольно досталась Алекс.
— Ну, э-э-э… как? В общем, а почему бы и нет? Он компетентный специалист, с преподавательским опытом, между прочим. Да и внимание правительства Вулкана вашей миссии не помешает… Сам посол Сарэк…
Лее прискучило наблюдать за эквилибристикой Алекс на скользкой почве, аки корова на льду. Она вздохнула:
