Всё началось с того, что Аклейн, Гава и Вистор — единственные девушки на курсе (не считая той, что улетела на Землю), они же — давешние оппоненты Леи — стали поперёк коридора и вовсю начали задирать землян — так, как это могут делать только клингонки. Лея заметила, что клингонские мальчишки обходят их за версту — неудивительно! Если уж женщине в клингонском обществе удалось пробиться в армию… сами посудите, что это должна быть за особа.
— Куда ты, красавчик? — Гава схватила Сэлва за воротник. — Мы ещё не закончили наш вчерашний разговор. Ты так спешно удалился!
Девицы переглянулись и захихикали. Собственно, это и была та самая «чокнутая клингонская девица», которая укусила Сэлва за шею.
— А ну, лапы! — Лея довольно ощутимо ударила Гаву по руке, невзирая на значительную разницу в росте. — Сначала докажи своё право на него!
— Зачем? Он и так ничей!
— Ошибаешься, хрюшка! Он мой!!!
— Докажи!
— В любой момент! — Лея скрестила перед собой руки и сразу стала похожа на юного минбарца из касты воинов, впервые понюхавшего пробку от шампанского.
— Совсем офонарела?.. — прошипел Сэлв. — Что я, по-твоему, сам драться не умею?!
— Идиот! — ответила девушка по-вулкански. — Либо я прямо здесь и сейчас доказываю, что ты принадлежишь мне, либо тебя рано или поздно… оприходуют. Так что заткнись и не вмешивайся!!!
…Схватка продолжалась недолго. Рослая и широкоплечая Гава никак не могла схватить Лею, которая выворачивалась у неё из рук всеми известными и неизвестными в клингонском рукопашном бою способами. Логично рассудив, что сил одолеть Гаву у неё точно не хватит, Лея впервые за несколько месяцев применила Дар и отправила Гаву в глубокий нокаут одним прикосновением к шее. Если смотреть со стороны и не знать всей правды, было очень похоже на вулканский нейроблок. Все окружающие именно так и подумали. Со стороны мальчишек раздался одобрительный гул.
— Ладно, на этого ты своё право доказала, — вперёд вышла Аклейн. — Больше вулканца не тронет никто. А как насчёт рыжего?
— Меня?! — у Вани подогнулись колени.
— Исключено! — отрезала Лея. — Он мой… брат!
— И что?!
— Клан ещё не давал ему права на поиск, вот что! И ты — явно не та, что подошла бы моему брату!
— Патак!
— А ты — тупа, как рикайта, что растёт под окнами лекционного зала! Или ты хочешь дипломатического скандала?
— Я хочу, чтобы ты знала своё место!
— Я-то его знаю, а вот ты, похоже, не очень!!! Знаешь, мне ведь нетрудно сразиться и за моего брата… — Лея слегка попинала носком сапога тело поверженной Гавы.
Аклейн помедлила секунду, затем злобно плюнула на пол, развернулась и ушла, прихватив с собой поминутно оглядывающуюся Вистор.
— Плэй-офф, — Лея незаметно вытерла пот со лба.
В аудитории стоял невообразимый ор. Это удивляло — в принципе, клингоны известны как существа чертовски дисциплинированные и немногословные.
— Как он собирается читать лекцию в подобных условиях? — прошептал Иван. — Это же натуральная политическая провокация!..
В этот момент над головой Сэлва свистнул кинжал и воткнулся в деревянное перекрытие под потолком.
— Интересно, а дисрапторов у них нет? — поинтересовался Сэлв.
— Чего нет, того нет, — ответил Ваня. — А ножей, цепей и кастетов — выше крыши! Я даже видел арбалет с лазерным прицелом и секиру. Интересно другое. Как они настроены по отношению к нам?
— Ты не поверишь, но в массе своей — побаиваются, — ответила Лея. — Мы же федералы! То есть — кровавые чудовища, компенсирующие мелкость своего вида исключительной свирепостью и жестокостью…
— Похоже, что это чувство взаимно, — буркнул Ваня.
— Ещё они нас здорово ненавидят — не все, но многие. Остальные настроены нейтрально, им просто всё равно. Те, с которыми мы уже успели подраться, испытывают упределённое уважение.
— Чёрт, ты прямо как бетазоид какой, — восхитился Ваня. — А мысли прочитать можешь?
— Слава Сураку, нет. Я ведь всего лишь эмпат, даже Сорела не всегда понимаю, что уж говорить обо всех остальных.
— Ты меня успокоила, — Ваня смахнул со лба воображаемый ледяной пот.
— А что, есть, что скрывать?
— Нет!
— Спорим, что да?..
— Тихо! — Сэлв толкнул Лею локтем в бок. — Твой пришёл. Что сейчас будет…
Сорел расправил чёрный китель под ремнём так, чтобы он сидел без единой складочки, вздохнул и решительно прошёл в аудиторию, сопровождаемый болезненно-сострадательным взглядом начальника училища.
По самым смелым прогнозам умудрённого жизнью клингонского ветерана, молодому вулканскому преподавателю оставалось жить минут десять — пятнадцать. Большего интеллектуального напряжения его питекантропы просто не выдержат.
